Онлайн книга «Любимчик Эпохи. Комплект из 2 книг»
|
– Время возвращаться в Останкино! Через час кончается смена. Все молчали. Водитель в зеркале заднего вида вопросительно поднял бровь. – Едем дальше, – железным голосом сказала корреспондентка. – Я напишу служебную записку о несоблюдении правил, срыве временных промежутков и профессиональном несоответствии, – зудел Саня. Все молчали. Водитель и звуковик тоже хотели домой. Оператору было все равно, но он жалел девочку. – Разворачиваемся обратно, – давил осветитель. Светка покраснела, выдохнула и сухо скомандовала: – Включите аварийку и остановите машину! Водитель пожал плечами и повиновался. Она с треском распахнула заднюю дверь салона, выскочила, обошла автомобиль и рванула на себя ручку Саниной двери. – Выметывайся! – приказала она. – Чеее? – Саня остолбенел. – Вали отсюда, урод, со своим вонючим чемоданом! Без тебя справимся! – Светка пылала щеками и сверкала глазами. – Быстро, я сказала! – На чем я доберусь обратно? – проблеял осветитель. – На моем пенделе, гнида! – Хрупкая девочка тряслась от ярости. – Я никуда не поеду, – пробубнил он. – Тогда заткни свой хлебальник, козлина! Будешь работать, как все мы, понял? И откати сиденье максимально вперед, говнюк! Именно так на Саню орала жена. Именно от такого тона у него страхом сводило живот. Он покорно нажал рычаг и выдвинулся вперед. – Еще вперед, я сказала! – Светку несло. Он подвинулся еще. – Максимально вперед, чтобы ты рожей своей уперся в лобовое стекло! Саня уже чуть ли не носом доставал до приборной панели. – Вот так! И пикни мне хоть раз! – Девочка вернулась назад под уважительные взгляды мужиков и ткнула в спину водителя: – Трогай! Маршрут не изменился. Униженный и оскорбленный Саня затих, бормоча себе под нос проклятия. Съемка была долгой и хлопотной. Приехали на какую-то нежилую дачу за МКАДом, долго расставляли позиции, сверяли сценарий. Саня говнил как мог. Ставил не те фильтры, отвратительно направлял свет и каждые десять минут кричал: – Стоп! Всем пора домой! – Пришлепните кто-нибудь этого хмыря! – злились артисты. – Оператор, да отними у него приборы и выставь сам! К приборам Саня никого не подпускал. Светка от нервов пошла бурой сыпью. Все ждали съемок какого-то эпизода в дальней закрытой комнате, ключи от которой были у хозяйки дома – Светкиной подруги, намертво застрявшей в пробке. Темнело, все теряли терпение. Наконец вечерний сумрак прорезал свет фар. Неоново-синий «мерседес» остановился у ворот, и полная красивая женщина в белом брючном костюме с копной черных кудрей вышла из машины. – Ребята, простите, дорогие, – распевным грудным голосом сказала она, – отдала Светику связку ключей, а главный – от комнаты – у меня остался! Ну, я вам икры привезла, бутеров, шампусика – сейчас поработаем и расслабимся! К ней со слезами, как к мамке, бросилась корреспондентка: – Снеееежкаааа! – рыдала она. – Меня тут все довели-иии! – Светулечка, родная, я здесь, и все будет хорошо. – Красавица прижала к высокой груди девочкины тощие плечи. – Это Снежана, знакомьтесь! – размазывая слезы, сказала Светка. Издерганная, нервная съемочная группа вместе с актерами застыла в благостном молчании. Саня же просто осел на крыльцо с дебиловатой блаженной улыбкой. Было в Снежане что-то глубоко терапевтическое, уютное, теплое, мудрое, неторопливое. Она вплыла в полузаброшенный дом, открыла злополучную комнату и отправилась на кухню. Светка прижалась к ее уху и прошептала: |