Книга Серебряная стрела для оборотня, страница 20 – Мария Ерова

— Эй…

В темноте она едва ли различала его лицо, но голос мужчины был всё таким же тёплым, согревающим, как и его руки, что коснулись вначале её плеч, а после лица. Дрожь побежала по телу от этих прикосновений, впервые в жизни Зоси испытала подобное, и впервые в жизни добровольно позволила себя коснуться незнакомцу.

— Позволь, я тебя согрею…

В пределах маленькой пещерки, послужившей им временным пристанищем от непогоды, это показалось ей таким естественным, простым, как молоко матерей, питающее их новорожденных детей. Невинным и в то же время сакральным, тайным, как те руны, что их жрец выводил на жертвенных камнях при проведении ритуалов.

Не дожидаясь разрешения, мужчина обнял её, прижав к себе, и Зоси только сейчас поняла, насколько она продрогла. Мелкая дрожь, сотрясшая её тело, заставила мужчину ещё сильнее стиснуть девушку в своих объятиях, прижать к себе, уложив на своей груди, словно маленького ребёнка.

Расслабившись и пригревшись, она задремала, но вскоре сквозь сон почувствовала вначале пристальный взгляд на своём лице, а после чужие горячие губы накрыли её собственные, не давая возможности сбежать или отказаться…

Она руками уткнулась в его грудь, понимая, что находится на грани того, что зовётся безумием, безрассудством и более нелестными словами. Внутри всё взбунтовалось, но не так, как ей того хотелось. Странное желание толчками рвалось наружу, заставляя отвечать на поцелуи того, чьё лицо она даже не видела, но могла почувствовать отогретыми пальцами, тёплыми ладонями. Зацепившись за выступающий шрам на левом виске мужчины, коснувшись его бороды, влажных от поцелуев губ, прямого носа.

Да! Она не видела его сейчас, но чувствовала, что этот мужчина явно её привлекает. Не лицом или телом, что беспокойно касалось её сейчас, стыдливо, но настойчиво требуя продолжения, но нечто большим, недоступным глазам, неподвластнымчьему-то мнению. Она хотела быть с ним, прямо сейчас, в эту самую секунду, и каким бы безрассудством это не называлось…

Мужчина отстранился, всего чуть-чуть, тяжело дыша и по этому его жесту Зоси поняла, что таким образом он просит разрешения. Не просто просит — умоляет о продолжении их ласк, зашедших и так слишком далеко… Зоси мешкала, где-то ещё на грани разума и безумия, заставляя себя остановиться. Но ведь такого могло больше и не повториться!

Она и сама не поняла, как на этот раз первой потянулась за поцелуем…

Осознание того, что он совершил, пришло позже. Тёплое, податливое тело в его руках, сочные, не знавшие настоящей любви, губы, что с такой доверчивость и страстью ответили на его прикосновения, разделили внезапно возникшее желание. Он плохо помнил, как это произошло, словно туман заволок его разум. Нет, он не собирался делать ничего плохого этой девушке, пользоваться её беззащитностью, но такого влечения он не испытывал давно, и, должно быть, это сыграло свою роль, соединив их тела этой ночью воедино.

Алзо поражался сам себе. Нет, никогда раньше он не позволял себе подобного, даже когда отношения с Юной зашли в тупик, практически сведя на нет их личную жизнь. Он был здоровым молодым мужчиной, но при виде других привлекательных женщин его стаи вожак напомнил себе, что женат, что его судьба переплетена с другой семейными узами, и как бы тяжело это не было принимать, он обязан был быть образцом для подражания. Хотя отсутствие детей в их паре открывали ему определённые возможности, не подлежащие осуждению — Алзо давно мог выбрать себе другую жену, но до сих пор не сделал этого. И теперь он отчётливо понимал почему.