Книга Заложница дьявола, страница 104 – Аделина Жемчужева

Это было невозможно вынести. Это было мучительно, а боль становилась всё более острой. Каждый его толчок оставлял след, словно разрывая меня, лишая последней надежды на облегчение. Я чувствовала себя настолько уязвимой, сломленной, как будто вся моя сущность была вырвана, и я не могла понять, как это стало реальностью.

— Пожалуйста, остановись, — прошептала я сквозь слёзы, но мои слова, казалось, лишь усилили его жажду. Он словно не слышал меня, полностью поглощённый своей жестокой одержимостью.

Каждое его движение вгоняло меня в отчаяние. Страх и боль смешивались воедино, оставляя только одно желание — вырваться. Внутри разгоралось осознание: я больше не могла терпеть. Моё тело больше не слушалось меня, а разум твердил лишь одно — нужно бороться.

— Мне очень больно! — крикнула я, надеясь достучаться до его человечности, но это только вызвало на его лице теньнасмешки. Его член входил в меня всё глубже и резко.

— Потерпи, — прошептал он, целуя меня в шею и оставляя на коже мокрые дорожки своим языком.

Я сжала кулаки, пытаясь собрать в себе остатки сил.

— Боже… — прошептала я, сжав зубы, зажмурившись от боли и бессилия.

Он начал ускоряться, каждое его движение усиливало и без того невыносимую боль.

— Да, детка, кричи! — произнёс он хрипло, с очевидным наслаждением. Казалось, мои страдания только разжигали его жестокую жажду.

Он грубо сжал меня за ягодицу, словно намереваясь оставить на моей коже следы своих рук. Его хватка была болезненной, а толчки становились всё резче и глубже.

— С тобой это гораздо интереснее, чем с другими, — прошептал он с насмешкой, его дыхание обжигало мою кожу. — Надеюсь, тебе станет ещё больнее.

Каждое его слово, каждый новый толчок казались пыткой, отнимая у меня последние силы. Я старалась не кричать и не казаться слабой, но тело меня не слушалось. Я кричала с каждым его толчком. Я не знала что это будет настолько больно.

— Ты не представляешь, как ты хороша в таком состоянии, — произнёс он, не унимаясь, и я почувствовала, как его слова впиваются в меня, как ядовитые шипы.

Каждое его движение было как удар, безжалостный и разрывающий меня изнутри. Я пыталась справиться с болью, прикусив губу до крови, но тело предательски выдавало мой страх и страдание. Крики вырывались из моей груди, как бы я ни старалась их сдерживать.

Его хватка усилилась, пальцы оставляли болезненные следы на моей коже. В его глазах читалось торжество, словно он наслаждался не только моей болью, но и моим бессилием.

Я сжала кулаки, ощущая, как ногти впиваются в ладони, и пыталась сосредоточиться на мысли о спасении. Боль казалась бесконечной, но внутри меня начала загораться искра сопротивления.

— Пожалуйста, прекрати… — прохрипела я, надеясь хоть на каплю милосердия.

— Прекратить? — Он тихо засмеялся, наклоняясь ближе, так что его лицо оказалось совсем рядом с моим. — Нет, милая. Это только начало.

Его слова прозвучали как приговор, но внутри меня вспыхнуло что-то, что не позволило окончательно сломаться.

Он вторгался в мою душу всё глубже, заставляя мои страхи и слабости выходить на поверхность. Боль разрывала меня, а отчаянные крики словно терялись в пустоте, не достигаяего ушей. Он был сильным, непреклонным, и я не могла противостоять ему — у меня не осталось сил.