Книга Ноты соблазна, страница 205 – Аделина Жемчужева

Гюстав замер, словно не веря своим ушам. Его взгляд, наполненный яростью и шоком, впился в меня. Он стоял неподвижно, будто его парализовало осознание сказанного. Но это длилось недолго.

— Ты? — прошипел он, его голос был низким и опасным. — Ты из всех людей?

Я встретил его взгляд спокойно, стараясь держать себя в руках.

— Да, я, — подтвердил я твёрдо, но без агрессии. — И прежде чем ты взорвёшься, выслушай меня.

— Выслушать тебя?! — закричал он, делая шаг ко мне. Его лицо побагровело, а дыхание стало тяжёлым. — Ты спал с моей женой, а теперь предлагаешь мне выслушать?

Я не двигался, стоял прямо, не показывая ни страха, ни слабости.

— Я не горжусь этим, Гюстав, — начал я, подбирая слова с осторожностью. — Это произошло неожиданно. И, чтобы ты ни говорил про меня, ты будешь прав.

Я сделал глубокий вдох, стараясь успокоить напряжение, густо повисшее в воздухе. Но его ярость была неукротимой.

— И всё, твою мать?! — зарычал он, и его голос эхом отразился от стен. — Ты сунул свой жалкий член в мою жену, и я прав? Это всё, что ты можешь сказать?!

Я изо всех сил старался держать себя в руках. Если я сорвусь, то не оставлю из него живого места. Я должен выстоять, выслушать всё, что он скажет. Потому что он был прав.

— Чтобы ты ни сказал, я соглашусь с тобой, — произнес я спокойно, но твёрдо.

— Ты предатель! — взревел Гюстав и схватил ближайшую скамью, с грохотом перевернув её. Его руки дрожали, лицо исказилось от ярости. — Я должен был догадаться! Все эти вечера, когда она приходила домой странно тихой. Все её взгляды в сторону. И ты… Ты, чёртов предатель!

Я сделал шаг к нему, глядя прямо в глаза, но сохраняятвёрдый голос.

— Я не оправдываюсь, Гюстав, — произнес я. — Но ты должен понять: это не было попыткой унизить тебя. Это не злой умысел. Это просто… случилось. Я… я полюбил.

Его дыхание стало прерывистым, а взгляд метался между гневом и отчаянием.

Он отвернулся, проходя несколько шагов по залу, как лев в клетке, и резко обернулся ко мне.

— Ты разрушил всё, Арман, — сказал он, сжав зубы. — И теперь думаешь, что можешь просто так стоять тут, тренироваться, как ни в чём не бывало? Думаешь, я тебя прощу?

— Нет, — ответил я прямо. — Я даже не прошу прощения.

Эти слова, казалось, ещё больше разожгли его злость. Он сделал шаг ко мне, его кулак сжался, словно он готов был ударить.

— Ты пожалеешь об этом, — выдохнул он угрожающе. — Я сделаю твою жизнь адом. Ты даже не представляешь, на что я способен.

Я остался на месте, несмотря на его угрозы.

— Может быть, — сказал я спокойно. — Но что бы ты ни сделал, это не вернёт её. И не вернёт того, что было между вами.

Гюстав смотрел на меня так, будто слова застряли у него в горле. Его ярость была ощутимой, но, кажется, мои слова всё же прорвали эту стену ненависти — пусть ненадолго.

— Я убью вас обоих! — рявкнул он, как зверь, загнанный в угол.

— Со мной делай что хочешь, — сказал я, стараясь говорить спокойно, хотя голос выдавал напряжение. — Но её даже не смей трогать. Я и так едва сдержался, когда узнал, что ты держал её насильно.

Его лицо исказилось, и, не раздумывая, он шагнул ко мне и ударил кулаком прямо в лицо. От силы удара моя голова резко дернулась в сторону. Боль вспыхнула мгновенно, и я почувствовал, как по губе потекла кровь. Гнев охватил меня, обжигая изнутри. Я сжал кулаки так, что ногти впились в ладони, готовый нанести ответный удар, но заставил себя остановиться.