Книга Ребенок от босса-гада, страница 33 – Амали Браун

И эти эмоции непередаваемы.

Я стану отцом.

Отцом малышки, которая непонятно как уместилась в одном аккуратном животе.

Я буду папой для крохи, которая нуждается во мне. Которая без меня ничего не сможет делать поначалу.

Да и… всегда буду для нее папой, который будет всегда рядом и будет решать ее проблемы.

— Смотрите, ручкой вам машет, — с улыбкой произносит доктор.

— Да нет. Это она не машет. Это она кулачок кому-то показывает, — тянет Лика. — Тоже устала. Угрожает ударить меня в мочевой пузырь, если продолжу, — улыбается своим предположениям.

— Вся в меня! Боевая девочка, — не упускает возможности сказать мама.

Переглядываемся с Ликой, прекрасно читая в глазах друг друга, что сомневаемся в ее предположении.

Малышка в свою мамочку вся. Даже внешне.

Оставляем Лику одну в кабинете для получения результатов и вместе с мамой выходим. Точнее, доктор нас выгоняет из-за бесконечной болтовни.

— Ты была раньше против Лики. Хотела именитую невесту, — решаю все же спросить. Мамау меня может и импульсивная, и добрая. Но иногда и в ее голове бывают тайные мысли.

— Но ты после Лики ни на кого не смотрел, — восклицает она. — И оно понятно почему, — продолжает она. — Знаешь, я даже рада, что ты не нашел себе никого. И моя внучка в семье расти будет. В полноценной семье, под моим присмотром. А иначе что? Воскресный папа и воскресная бабушка? Ну уж нет!

— А как же выгодные браки? — укладываю ее.

— Пусть выгодные браки старший сын твоего отца заключает! — возмущенно бросает родительница. — А нам Лика будет. Признаюсь, внешне она недурна, неглупа. Ребенка воспитать сможет. Но ее гардероб я пересмотрю. Однозначно.

Илья

— Мне нельзя носить пустые тарелки, потому что они тяжелые, — с жалобой входит в столовую Анжелика. — Мне сказали сидеть и ничего не делать. Я на такое не согласна! — возмущенно скрещивает руки на груди. — Я беременна, а не инвалид беспомощный!

Встаю с кресла и направляюсь к своей беременной невесте, которая совсем не любит, когда ею командуют.

— Лика, — подхожу к ней, оставив отца сидеть одного. — Она о тебе переживает.

— Но я просто беременна, — повторяет она свои слова, — а не больна. Отнести четыре тарелки не тяжело!

— Зато опасно! — бросает моя мама, войдя с теми самыми тарелками. — Споткнешься. Упадешь.

— А то есть в вашем саду я не могу споткнуться? — с возмущением оборачивается Лика к моей матушке, которая никак не реагирует на ее нападки. За годы брака с моим отцом и благодаря куче грязи, которую в нее направляли, мама научилась держать лицо в любой ситуации.

Лика для нее мушка, которая жужжит над ухом глухого человека.

— Анжелика, я не спорю с тобой только потому, что ты беременна, — произносит мама, натянув улыбку. — Но все будет так, как я скажу! Потому что я обещала врачу следить за тобой. Ты для меня сейчас самый важный человек на планете! Скоро ты подаришь мне мой главный подарок на свете, и тогда я, так и быть, дам тебе немного свободы, — обещает с той же вежливой искусственной улыбкой.

— Я думал, твой главный подарок — Илья, — хмыкает отец за моей спиной.

— Это другое! — восклицает мама. — Тебе не понять! Илья родился, когда я была молода и ничего не понимала в жизни, а внучка, когда я ее хочу!

— То есть ты меня не хотела? — делаю шокирующий вывод из ее слов.