Книга Родной приемный сын миллиардера, страница 39 – Ксения Фави

— Когда ты понял, что стал хорошим отцом? — отвечаю вопросом на вопрос.

Таханов закашливается, хоть ничего не пил и не ел.

— Чего?! Ты еще Лизке моей это скажи! Ей скоро двадцать, и она попросила меня уехать на свой день рождения.

— Ну, она просто выросла, — жму плечами, держась за бортик, — и выросла годным человеком. Учится в двух вузах в параллель, работала моделью. Насколько знаю, у нее нет вредных привычек. Таких вообще мало среди молодежи.

Тахан хмыкает.

— А ты в старики что ли уже заделался? Дочка у меня хорошая, не спорю. Но сколько там моей "вины"? Послушай, у меня просто был ребенок, и я его растил. Так сложилась судьба. У тебя вообще все гораздо проще, у вас есть мама.

— Яра очень хорошая мать, — говорю от души.

Сбоку раздается всплеск, до нас долетают капли.

— Да ты просто залип на ней! — сообщает Дэн. — Ну расскажи, что в ней такого офигенного как в матери?

— Слушай, заткнись, — прошу мирно.

— Вот! И слова уже про нее не скажи! — хохочет.

Молодой холостяк издевается, как будто я обделался на виду у всех. А с ним уж точно ничего такого не случится. Поганец.

— По делу есть что сказать? — интересуюсь у него.

Лыбится во все белоснежные тридцать два.

— Если обидишь ее, я выйду на ее сторону в суд.

— Вот это настоящий друг, — качаю головой.

Таханов посмеивается над нами. Но мне говорит серьезно.

— Если хочешь навредить человеку, посей в его душе сомнения. Есть такая древняя мудрость. Так вот, ты сейчас отравляешь жизнь сам себе. Твой сын уже родился. Быть или не быть отцом — выбор не стоит.

— Может, ему будет лучше не знать меня? — выворачиваю душу.

Таханов подплывает ближе, говорит практически на ухо.

— Ты сам веришь, что останешься в стороне? Отпустишь их из своего дома? Без своей защиты и поддержки— ведь с чего бы, если ты не отец? Отдашь их какому-то другому гражданину. Я к тому, что у девочки может сложиться личная жизнь не с тобой.

Дэн снова оказывается рядом, как черт из табакерки.

— Я бы посмотрел на его физиономию, если так произойдет. Жалко, что так никогда не будет.

— Вот, даже мелкий понимает! — смеется Тахан.

— От этого "мелкого" сейчас бассейн выйдет из краев, — ворчу.

Друзья правы, я никого не подпущу к Яре. Это полный бред. Но значит, я сам должен занять это место. Оберегать ее на законных правах. Иначе она пошлет меня и будет в своей правде.

Звоню ей, когда выхожу из клуба. Из машины — мне нужно заехать в офис ювелирного дома.

— У нас все нормально, Тамир, — "отчитывается" Яра, — а ты как позанимался?

По телефону она более раскована в разговорах.

— Хорошо. Может, ты тоже хотела бы походить в клуб? Там есть бассейн.

Яра задумывается.

— Не знаю… Возможно, какие-то разовые вылазки. Чтобы часто не оставлять Степашку.

— Ты хорошая мать.

Слышу, она смеется.

— Это значит, ты вернешь мне опеку? А вообще женщина должна иногда выныривать из материнства. Это нормально.

— Ты так хочешь, чтобы я отказался от опеки?

Повисает пауза.

— Сейчас меня это уже не так беспокоит, как раньше, — спустя время признается Ярослава.

— Я рад, что тоже хоть немного показал себя с хорошей стороны.

Фоном раздается голос помощницы Арины. Она зовет Яру.

— Мне пора, — говорит моя собеседница.

— Окей, я заеду в офис и вернусь домой.

— Удачи…

Вроде бы она и правда настроена ко мне неплохо. Семь лет назад ее что-то смутило, и она прервала отношения. Год назад я не решился их как следует возобновить. Может, третий шанс будет счастливым?