Книга С первого взгляда, моя кареглазка, страница 8 – Лана Стендере

— Уверен, что такие люди есть и в наше время, — задумчиво сказал в ответ.

Не могу представить себя на месте этого несчастного Желткова. Не иметь возможности даже прикоснуться к любимой, это жестокая пытка. Но всё же, я понимаю этого героя — счастье возлюбленной женщины для него важнее своего собственного. В этом я солидарен с ним.

В один прекрасный день наши отношения перешли на новый уровень. Мы переступили ту черту, которая отделяла нас от взрослой жизни. Мне показалось что я умер и попал в рай. Окончательно растворился в этой девчонке. Теперь уже и не мыслил что смогу жить без неё.

Мы изучали друг друга. Каждый изгиб, родинку и шрам. Сердце разрывалось от нежности, когда моя кареглазая девочка засыпала в моих руках.

Мама вздыхала что мы слишком торопимся жить и что не бывает настолько сильной любви. Что университет нас разлучит и сломает: меня ждут новые знакомства, новые красивые девчонки, тусовки и события. И пока я буду вливаться в новый этап своей жизни, Ирина останется позади. Но это не про нас, знаю точно.

Лето, которое мы провели вдвоём подходило к концу. Впереди мой первый курс в университете и десятый класс школы для Иры. Времени бывать вместе становится меньше и это немного портит настроение. Но ведь всё в наших руках. Верно?

Ира

Вот и настал сентябрь. Мне грустно бродить по школьным коридорам, ведь больше здесь не было Леши. Он теперь студент, а я ещё школьница. Как то очень плавно весь мой мир сосредоточился на этом парне. Друзья отошли на второй, а может быть и третий план.

Мой день начинался с сообщения от Алексея, в котором он желал мне “отличного начала нового дня” и слал миллионы поцелуев. И заканчивался ещё одним сообщением с пожеланием сладких снов. Когда мы не виделись, то буквально зависали в телефоне. Переписки и созвоны стали неотъемлемой частью нашей жизни.

— Расскажи что у тебя с Алексеем? — допытывалась до меня моя лучшая подруга Лера.

А мне не хотелось пускать в наш уединённый мир никого. Мне всё казалось, что посторонние не поймут наших чувств и лишь натопчут своими грязными ботинками. Но Лера была настойчива. Она буквально меня преследовала, каждый раз ссылаясь на то что мы столько пережили вместе и почему бы не разделить и счастливые моменты вместе.

И я сдалась. В тот момент была очень подавлена. У Леши сильно болела бабушка, ей давали буквально несколько дней. И он вместе с родителями срочно улетел во Владивосток. Мы созванивались, но мой любимый был в очень подавленном состоянии. А я могла поддержать его лишь словами, не было возможности обнять и разделить с ним его горе.

Вот тогда то я и поверила что Лера действительно хороший друг, от которого нельзя хранить секреты. И с дуру выболтала то, что теперь я не девочка, а женщина. И что с любимым это невероятные эмоции и ощущения.

То что я сделала огромную глупость поняла буквально на следующей перемене. Сначала за моей спиной стали смеяться и шушукаться. Неприятно, но не смертельно. Но только это было лишь начало.

На следующий день на фасаде школы появилась интересная надпись: “Полянцева шл@ха” Интересно, сколько девочек с такой же фамилией училось в нашей школе? И почему мне подсказывал внутренний голос, что именно я та Полянцева? Но и это пережила.

Но потом начался настоящий ад: мои вещи швыряли, меня толкали в спину и откровенно смеялись надо мной, отпуская гнусные, похабные шутки. Но за что? За то, что я вступила во взрослую жизнь в шестнадцать? А кто они такие чтобы меня судить? Да и многие из них уже давно не невинны.