Книга После развода. Новая любовь, страница 3 – Нанни Месхи

Окраина Москвы встретила меня тусклым светом фонарей и запахом сырого асфальта. Квартира моих родителей, куда после их кончины я приезжала в лучшем случае раз в полгода, теперь казалась единственным убежищем. Я помнила её уютной, наполненной смехом и запахом маминых пирогов. Сейчас она была похожа на меня — опустошённая, холодная и требующая капитального ремонта.

Я уехала из нашего с Масимом дома в элитном посёлке, зная, что имею право на его половину. Но думать о том, чтобы судиться с ним за своё имущество, в тот момент совсем не хотелось. Не хотелось больше видеть ни его, ни пузатую любовницу, а уж тем более, выяснять, кто и что кому должен. Это счастье, что осталась квартира в области. А с бывшим я обязательно расквитаюсь, но позже, если выкарабкаюсь и пойму, как мне дальше жить.

Максим забрал у меня всё. А значит, мне даже адвоката хорошего не нанять, чтобы защищал мои интересы в суде и действовал от моего лица. И помощи взять неоткуда. Гад знал это. Не мог не знать, когда вынашивал план оставить меня ни с чем. Все активы нашей сети теперь в его руках. А у меня лишь банковская карта с небольшой суммой на выживание, которую требовалось растянуть на неопределённый срок.

В спальне я, к своей досаде, обнаружила, что лампочка в люстре перегорела. Пришлось искать на антресолях запасную. Мои пальцы дрожали, когда я закручивала её в пыльный цоколь. А ведь поначалу, когда мы только строили наш первый объект, я, бывало, частенько выполняла грязную работу то, доделывала косяки за недобросовестными подрядчиками, то с целью сэкономить на первых порах сама возила стройматериалы с базы. Просто шла и делала, тогда как бывший муж ссылался на работу с документами, которая требовала не меньшей срочности. Ну не любит Максим Геннадиевич ручонки марать. Барин больше предпочитает мышкой пощёлкать, изображая кипучую деятельность, а пачкаются пусть плебеи. Сама не заметила, с каким остервенением вкручиваю уже намертво завинченную лампочку. Но меня можно понять. В тот момент представляла, как отворачиваю голову бывшему мужу.

Щелчок выключателя, и комната озарилась слабым жёлтым светом. Отблеск на зеркале показал мне незнакомку: растрёпанные светлые волосы, опухшие красные глаза, тонкие губы, сжатые в прямую линию. Это была я, но совершенно другая.

— И что теперь, Марина? — прошептала я своему отражению. — Как жить дальше?

Ответа не было. Только чувство неимоверного голода и рулады в пустом желудке напомнили о том, что я ничего не ела с утра. Спустившись на первый этаж, вышла в ближайший супермаркет. Холодный воздух немного привёл меня в чувство, пока я брела к магазину на первом этаже моего дома.

Некоторое время я просто слонялась вдоль стеллажей, как призрак. Призрак супермаркета. Так ещё и тележка скрипела для полноты картины, отражая моё внутреннее состояние.

Несмотря на поздний час, на кассе выстроилась огромная очередь, когда я подошла. Вот всегда так. Но я терпеливо ждала, глядя в одну точку. В какой-то момент очередь колыхнулась, продвигаясь вперёд, но я так и осталась стоять как вкопанная на месте. Внезапно грубый мужской голос вывел меня из оцепенения:

— Девушка, вы будете двигаться или мне вас протащить сквозь очередь?

Я обернулась. Передо мной стоял мужчина лет сорока, с тёмно-русыми волосами и пронзительными карими глазами. Красивый, спору нет, но сейчас его лицо было искажено раздражением.