Книга Развод и три желания, страница 25 – Руфина Брис

Садится рядом. Открывает бутылку красного вина, разливает его по бокалам.

— Погода супер, скажи? Потому что ты со мной.

Мы едим молча, лишь изредка обмениваясь краткими фразами ни о чём. Но мне кажется, что в воздухе витает умиротворение, окрашенное искорками тихого счастья.

Вино терпкое, вкусное, бархатистое. Оно сразу разливается мягким жаром по телу. Голова слегка кружится от него, от потрясающих запахов, от расслабляющей близости реки и леса. От того, что Егор рядом. Он пододвигается ближе, обнимает меня. Моя голова непроизвольно ложится на его плечо. Егор подливает вина, рассказывает что-то… Вспоминает моменты из прошлого, как всё начиналось… Как хорошо нам было вместе. Водит пальцем по моей ладони, поглаживает…

Напряжение последних дней уступает место расслабленной неге. Меня отпускает. Хочу хотя бы сегодня ощущать радость. Может, это вообще в последний раз…

Сквозь лёгкую пелену перед глазами вижу, как Егор разливает остатки вина, но отрицательно качаю головой:

- Хватит… И так опьянела.

И, освободившись от его объятий, опускаюсь спиной на плед.

Через мгновение Егор ложится рядом. Не вплотную, но близко. Очень близко.

Мы поворачиваемся лицомк лицу. Я зависаю на его глазах. В них нет ни гнева, ни холодности, ни той усталой обречённости, что были раньше. Только ласковое внимание.

Мы молча смотрим друг на друга, и в этом – целая жизнь. Хорошая ли, не очень… Наша.

И я не могу больше. Придвигаюсь ближе. Мои губы робко касаются его губ.

Егор не отстраняется, но и не отвечает.

– Настя... – его горячий выдох в мой рот запускает мурашки по затылку и шее, – Мы же договорились. Никакого секса.

– Не будет, – пьяненько хихикаю в ответ, целуя его с каждым словом всё увереннее и глубже. – Просто… просто мне так хорошо. Хочу поцеловать. Только поцеловать.

Мои руки скользят по его вздымающейся грудной клетке. Он явно старается сдерживать эмоции.

– Нельзя, – хрипловато подкалывает.

Одной рукой притягивает меня чуть ближе, другой пробирается под тонкую футболку. Ладонь накрывает мою грудь поверх бюстгальтера, сжимает её тяжело и властно. Поцелуй углубляется, становится сладким, томным, как вино, что мы пили. Наше дыхание сбивается. Моя рука скользит ниже, по крепкому бедру, по ткани спортивных брюк. Нащупываю его возбуждение. Провожу ладонью снаружи. Медленно глажу, прикрыв глаза, кайфуя от нашей близости и интимности ощущений.

– Я дал слово, - его губы скользят по моей скуле к виску, наглые пальцы уже сдвинули бюстгальтер и сжимают, пощипывают, теребят затвердевший сосок.

– А мы ничего и не делаем. Ещё один поцелуй, и всё… - подаюсь к нему всем телом, кладу ногу на его бедро.

Между ног так горячо, так волнующе ноет, что я начинаю медленно, ритмично вжиматься в его пах, чтобы хоть чуточку уменьшить напряжение. – Только один, – соглашается с тихим стоном.

Его рука под моей футболкой не лежит спокойно. Большая, тёплая ладонь скользит по моей спине, оголяя её. Пальцы, рисуют узоры на чувствительной коже лопаток. Потом движутся вперёд, по рёбрам, к животу… и ниже. Его дыхание становится резче, горячее.

– Егор… Наверное, всё… – откидываю назад голову, подставляя его тёплым, чуть влажным губам свою шею, – а то… мы же разводимся.

Развязываю шнурок на его спортивных штанах и проникаю внутрь, нащупывая его член.