Книга Хочу ребёнка от лучшего друга, страница 80 – Анфиса Рэйса

– Я люблю Руслана! Я никогда не лгала ему!

– Довольно! – он показывает ладонью, что больше не желает меня слушать. – Скажи мне правду, раз такая честная. Твойребёнок от Руслана?

– Нет! – выкрикиваю я, возможно, слишком торопливо. – Нет, мы… мы расстались, а потом сошлись, и я… я… – лгать я никогда особо не умела, а сейчас ещё и разнервничалась.

– Ну хватит. Где ребёнок?

Скорее инстинктивно я встала напротив двери в комнату дочери, загораживая её собой.

– Отойди в сторону, – требует он.

Но я ни за что не отойду. Как бы мне ни было страшно – там моя дочка. Я никому не позволю обидеть её, я буду защищать её, ведь на то я и её мама.

Эмиль Георгиевич делает шаг в мою сторону.

– Если вы притронетесь ко мне хотя бы пальцем, Руслан вам этого никогда не простит! – бросаю ему я, ощущая, как страх окончательно отступает.

Удивительно, но это действует. Отец Руслана замирает, лицо его меняется.

– За кого ты меня принимаешь? – медленно проговаривает он. – Я хочу посмотреть на ребёнка – только и всего. Поняла?

– Зачем?!

– Потому что сразу пойму, моей ли он крови. И если это так, то можешь даже не надеяться, что сможешь встать между мной и моим внуком. Я уже потерял сына по твоей милости – но внука не потеряю.

Сказав это, он, наконец, разворачивается и уходит. Хлопает за собой входной дверью, и я крупно вздрагиваю от громкого звука. Бросаюсь к двери и торопливо запираю сразу не два замка.

Медленно сползаю по стене, закрывая лицо руками. Ощущаю, что до сих пор дрожу.

Слышу, как Мила начинает плакать. Заставляю себя подняться и подойти к дочке, взять её на руки.

– Ну что ты, тише, – прошу я, – уже всё. Он ушёл.

Но дочка продолжает отчаянно плакать.

Где-то через полчаса я слышу, как поворачивается ключ в двери. Во мне вновь всё холодеет от страха, и дочка, только-только начавшая успокаиваться, мгновенно это чувствует и вновь начинает хныкать.

– Лера? – Руслан входит в комнату, и я выдыхаю от облегчения.

– Наконец-то! – бросаюсь к нему, и он осторожно обнимает меня за плечи, помня про малышку у меня на руках.

– Что-то случилось? – он забирает Милу, и та с облегчением затихает: наконец-то её взял кто-то спокойный.

– Твой отец был здесь, Руслан! Он хотел увидеть Милу…

– Чёрт! Я…

– Не ругайся при Миле, – прошу я.

Он мягко укачивает дочку, и через несколько минут она уже спит. За это время я успеваю кратко рассказать Руслану о случившемся.

– Лера, послушай меня. Тыбольше не должна открывать двери, не посмотрев в глазок, хорошо?

– Я думала, это София…

– И ты должна успокоиться. Мила всё чувствует. Я обещаю, что решу эту проблему. Мой отец вам ничего не сделает. Ещё тогда, до твоей беременности, я знал, что такое может произойти. И у меня есть план. Всё будет хорошо. Веришь мне?

Ну конечно же, я ему верю. Киваю, и он тянется, чтобы поцеловать меня в лоб.

Размышляю о словах Эмиля Георгиевича. Он сказал, что потерял сына, и не хочет терять внука. И ещё меня в этом обвинил. Но всё произошедшее – это лишь результат его собственных поступков.

Хорошо, что у меня есть Руслан. С ним и я, и моя дочь в полной безопасности. Я полностью доверяю ему, и, наверное, это и значит ощущать себя как за каменной стеной.

У нас с отцом всегда были сложные отношения. Я умудрялся каким-то невероятным образом всегда не соответствовать его ожиданиям, что бы я ни делал. Наверное, я должен был стать его точной копией, чтобы, он, наконец, стал мною доволен. Иронично, но этого я и боялся всю жизнь больше всего.