Книга Наглец. Без шанса на отказ, страница 40 – Майя Новак

— Зависит от того, с какой целью вы появились на нашем пороге, — отвечаю холодно.

— Я понимаю ваш скептицизм, — кивает она.

— О, мы уже на “вы”, — не сдерживаюсь от сарказма.

— Я заслужила такой тон, — вздыхает Елизавета. — Я пришла поговорить. Нормально. Цивилизованно. Позволите войти?

Я сканирую ее взглядом, раздумывая, стоит ли впускать в свой дом змею, которая может меня укусить, оставив ядовитый след? А потом все же отхожу в сторону и пропускаю ее в прихожую.

— У нас снимают обувь, — предупреждаю.

— Конечно, — кивает и сбрасывает свои кружевные балетки.

Оставив сумку на столике в прихожей, Елизавета идет в гостиную, разглядывая обстановку.

— Красиво у вас тут. Уютно. Это ваша квартира?

— Наша общая. Въехали только две недели назад. Даже еще не все вещи разобрали. Сами понимаете, детская в приоритете. Чай? Кофе?

— Не откажусь от кофе, спасибо.

Я иду на кухню, чтобы выключить плиту под бульоном, который варила, и заварить нам кофе с чаем. Чуть позже ставлю на кофейный столик поднос с напитками, сахарницей и конфетницей с ассорти, которое мне постоянно покупает Артур. С беременностью я стала сладкоежкой, как моя сестра Аля. Хотя она, наоборот, теперь на сладости не может смотреть. Интересно, почему?

Выставляю все с подноса и занимаю место в широком кресле справа от матери Артура. Она смотрит на меня, а когда ее взгляд останавливается на моем животе, уголок губ дергается.

— Простите меня, Кира, — выдыхает. Я вижу, как непросто такие слова даются настолько гордой женщине. Она не привыкла извиняться и вообще ошибаться. — Я была очень зла на мужа. Когда он сказал, что не спал с вами, я не поверила.Так он говорил про всех своих любовниц.

— Избавьте меня, пожалуйста, от тонкостей вашей семейной жизни. Елизавета, мы с вами примерно одного возраста. Я не юная девочка, которая поведется на эту чушь. Вы хотели сорвать свою злость на мне, вы это сделали. Если бы это не испортило ваши отношения с Артуром, вы вряд ли бы сожалели. Все обманутые жены ненавидят любовниц, даже если те не знали о статусе своего любовника. Так что не будем разыгрывать спектакль. Давайте по существу и правду.

— Что ж, вы слишком умная женщина, чтобы я могла пускать вам пыль в глаза, — произносит с улыбкой. Я молчу. Озвучивание факта о наличии у меня ума вряд ли добавит очков Елизавете. Все это я и сама знаю. — Я рада, что рядом с моим сыном будет не туповатая малолетка, которая вынесет ему мозги и вытреплет нервы.

— С отговорок к лести? — хмыкаю я.

— Кира, я хочу видеть своего внука, — наконец переходит она к сути. — Хочу продолжить общаться с сыном. Если для этого я должна что-то еще сделать, только скажите. Я сделаю все.

Несколько секунд я рассматриваю свою свекровь, которая смотрит в ответ… с надеждой? Неужели искренне скучает по сыну и хочет нянчить нашего сына?

— Не надо ничего делать, — выдаю ответ. — Просто любите сына. Без условий. Без претензий. Такого, какой он есть: сильного, мужественного, решительного, настоящего мужчину, какого вы из него вырастили. И внука любите. Не пытайтесь сделать из него стопроцентного Верещагина. Все, что нужно взять из ваших генов, он возьмет без вашего участия. Просто дайте им обоим быть собой и любите безусловно, не пытаясь втиснуть моих мужчин в собственные рамки.