Книга Развод. Я буду свободна, страница 57 – Шарлотта Эйзинбург

Пламя наших отношений быстро разожглось, но и также быстро потухло. В какой-то момент Марина, начала вести себя совсем иначе. Пропала её задорность, её детская невинность, её искорки в глазах от которых у меня по телу всегда бегали мурашки. Она стала обычной девушкой, ничем непримечательной, без конца сидела в своей мастерской и писала картины, не уделяя мне внимания. Возможно наши отношения сгубила бытовуха, а возможно у нас и любви никогда не было. А была обычная влюблённость и привязанность. Я полностью погряз в работе и жил своей жизнь. Марина жила своей. Наше общение скатилось до того, что мы просто здоровались утром и желали спокойно ночи вечером.

Однажды за ужином, когда мы только переехали в новый город, Марина обратилась ко мне с одной просьбой:

— Серёж, сегодня вечером я иду на выставку. Меня пригласили, — сказала она, нарезая мясо в тарелке. — Ты сможешь меня забрать?

— Что ещё за выставка? Почему ты мне не рассказывала?

— Меня только сегодня позвали, так сможешь меня забрать?

— А я что не могу сопроводить свою любимую жену на выставку? — недовольно спросил я.

Во мне уже начала закипать кровь. От гнева на шее разбухла венка. Я чувствовал, что все эти одиночные походы по выставкам добром не закончатся.

— Просто там только один билет свободный, — это была явно неумелая отговорка.

Немного поразмыслив, я решил позволить жене сходить на выставку и проследить за ней. Было интересно увидеть на, что она способна.

Марина попросила забрать её в десять вечера, я же приехал на час раньше и воспользовавшись статусом прокурора города зашёл на выставку без всяких проблем. Впрочем, что я хотел увидеть на выставке, я понятия не имел. Пройдя в глубь зала я остановился как вкопанный. Меня будто кинули в кипящий чан. Думаю именно это ощущают грешники в аду.

Моя длинноволосая красавица жена стояла с бокальчиком шампанского и мило беседовала с каким-то бородатым мужиком. В какой-то момент он приобнял её за талию и поцеловал вщёку. Я был вне себя от ярости и гнева, казалось вот-вот и разгромлю всю эту выставку к чертям собачим. Но я был не в том статусе, чтобы дебоширить. Взяв себя в руки я подошёл к жене и в максимально вежливой форме, старясь скрыть раздражение попросил взять свои вещи и покинуть выставку. Она почувствовав, мою нервозность тут же попрощалась с бородачом и побежала за мной.

Я никогда не бил жену. Иногда она бесила и раздражала меня, но я не хотел уподобляться своему отцу. Не хотел, чтобы в нашей семье процветало насилие. Я знал, что если один раз подниму руку на Марину, потом меня будет не остановить. Но её милое общение с другим мужчиной вынудило меня перечеркнуть всё хорошее отношение к ней. В тот вечер, я впервые ударил её, и высказал всё, что о ней думаю.

— Дрянь, ты жена прокурора. Ты не должна общаться с мужчинами на глазах у публики. В каком статусе ты меня выставляешь! — орал я.

— Серёж, это мой однокурсник, мы просто…

— Что просто? Может быть, вы просто спите с ним вместе? — я грубо взял Марину за лицо и посмотрел ей прямо в глаза.

Я хотел верить, что она мне не изменяет. Но, сердце бешено колотилось, кровь пульсировала в венах. От бешенства и ненависти мне хотелось прибить Марину.

Я пулей выбежал на улицу, чтобы охладить мозги и привести себя в порядок. Так как, если бы она сказала ещё слово, всё бы кончилось плачевно. Тогда я решил поехать к Маргарите, которая совсем недавно вернулась на родину и обсудить с ней сложившуюся в моей семье ситуацию. Хотел получить совет, взгляд со стороны так сказать.