Книга Бывший, руки прочь от пышки!, страница 4 – Татьяна Бэк

Я мечтала, что у ребёнка будут глаза Белова. Мы даже смеялись и спорили, когда обсуждали имя для нашего малыша. Тогда свято верила, что мы с Андреем станем семьёй, — настоящей, крепкой, любящей. Когда бывший сделал мне предложение, словно взлетела в небеса, где парила среди облаков, не видя того, что происходит вокруг. И как же больно ударилась о землю, когда поняла, что доверилась предателю.

Кладу руку на живот, прислушиваясь к ощущениям. Понимаю, ещё слишком рано, но почему-то уверена, что всё получилось.

Телефон вновь доставуче и надсадно гудит в сумке, вызывая волну раздражения. Кажется, я знаю, кто опять мне названивает, так и не поняв моего слова «нет». Судя по всему, Белов взял из карточки с персональными данными, которую заполняла в клинике, мой номер, и теперь решил меня достать. Даже перестала отвечать на входящие с незнакомых номеров, так как точно знаю, что это мой бывший, который меняет симки, словно перчатки.

В мессенджеры тоже лучше не заходить, ибо там всё завалено посланиями от Пндрея. Как же хочется прочесть всё, что этот гад пишет, но он забыл, с кем связался. Если я что-то решила, то буду стоять до последнего, с места не сдвинусь.

Хорошо, что уже сегодня уеду в деревню, в старый дом бабушки, где меня никто не найдёт. Мне нужно спокойствие и тишина, чтобы сохранить малыша. Там в фельдшерском пункте работает опытная баба Вера, которая принимала роды и вела беременность у сотен женщин, уверена, что и мне она поможет.

Не знаю, что там произошло в голове у Белова, какие предохранители сгорели, когда увидел меня, но я не собираюсь вновь впускать его в свою жизнь. Достаточно того, что опять каждую минуту думаю об этом козле, хоть была уверена, что смогла избавиться от его присутствия в моей душе.

Невольно оглядываюсь по сторонам, ловя ощущение, что за мной кто-то следит. Между лопаток становится горячо, словно туда устремлён чей-то пронизывающий жаркий взор. Такие ощущения у меня возникали лишь от взгляда одного человека…

Бред, у меняуже паранойя, мне за каждым кустом мерещится Андрей… Надо быстрее отчаливать в деревню, пока не сошла с ума.

— Привет, куколка! — раздаётся вдруг прокуренный пьяный голос сзади, а на моё плечо ложится чья-то рука.

Резко сбрасываю чужую ладонь и даже не оборачиваюсь, прибавляя шаг. Зачем я решила срезать путь через промзону?

— Слышь, сучка, ты чего такая борзая?

В этот раз меня хватают уже с силой, и чуть не падаю. Кто-то резко дёргает, поворачивая на сто восемьдесят, и передо мной щерится пьяный амбал.

— Что вам нужно, оставьте меня в покое! — стараюсь говорить спокойно, но голос срывается от страха, ведь вокруг ни одной живой души: на помощь прийти некому.

— Знамо, что нужно! — ухмыляется детина недобро. — Тебя потрогать, красавица. Люблю баб с формами.

— Отпустите, я закричу! — едва хриплю, чувствуя, что горло перехватывает от ужаса и отвращения.

— Конечно, кричи! Я люблю, когда баба активная!

Пьяный амбал довольно ржёт, обдавая меня волной перегара, а затем принимается лапать. Пытаюсь из последних сил вырваться из этой хватки, ору, пока не садится голос, но силы, конечно, не равны. Урод разрывает на мне шёлковую блузку, и вдруг понимаю, что сопротивляться уже бесполезно.

— Заберите мой кошелёк, там много денег… — прошу, заливаясь слезами.