Книга Новый год по-взрослому, страница 10 – Кира Кан

Девушка смотрит с интересом и сомнением. Меня с кем-то спутали?

— Нет, я на другом потоке, но мы знакомы. — Что говорить?

— Я Рита, с менеджерского. — Объявляет девушка.

Секунду раздумываю, представиться ли собой, и решаю, что не стоит.

Черт, это тоже классная игра! Придумать себе новую личность и побыть ею.

— Оля, лингвистика. — Решаю использовать мамино имя, вспоминаю ее улыбку и озорной взгляд на любимой фотографии. Мне кажется, мамавполне могла бы в таком участвовать. — У меня английский, но отец настаивает еще и на китайском. Так что приходится пахать, не поднимая головы. Даже не на новогоднюю вечеринку еле вырвалась.

— Ого, строгий папа? Китайский, говорят, сложный?

— Ни хао, хэнь гаосин дзянь дао ний. — Приветствую на китайском, который и в самом деле дается мне тяжелее. — Вопрос мотивации, если человеку очень нужно, он все что угодно выучит.

Так говорит отец. Черт, я его фразами отвечаю?

— Пошли, потанцуем? — Зовет Рита, кивая на веселящихся людей.

Им классно, девчонки заливисто смеются, высокий парень в синей куртке лепит снежок и, замахиваясь, отправляет его в танцующих, раздается визг.

— Да я здесь почти никого не знаю… — Я все еще у дороги, и у меня есть шанс вернуться в машину, которая поедет в Москву.

— Ой, ладно, сейчас со всеми познакомлю. Здесь половина людей друг друга не знает!

Она хватает меня за рукав и тянет во двор, к ребятам. Парня, кинувшего снежок, завалили в сугроб и мутузят. А он радостно «отбивается», утягивая рядом с собой еще пару девчонок. Они смеются.

Оглядываюсь, вижу подъехавшую газель, которая притормаживает. Машу водителю, чтобы ехал дальше, я остаюсь.

За пятнадцать минут до Нового года

— О! Круто! Вот это закуска! Давайте сюда… — За столом суета, все кидаются помогать, освобождая место, чтобы можно было поставить несколько больших термомисок с мясом.

— Все за стол! — Объявляет Саня, приглушая музыку.

Впрочем, мог бы и не говорить. Как только крышки снимают и по комнате разносится аромат прожаренного мяса, все, кто расползись по углам тут же тянутся к столу.

— Черт, кто последний, тот садится на коленки! — Ржет младший Чернов, оценивая дефицит мест.

Пока мы с Дедом Морозом были на летней кухне, приехало еще три человека. Ребята, что болтались на улице и девочки, шуршавшие на кухне, сейчас плотно усаживаются.

Массовик-затейник Лена достает из пакета одноразовую посуды, обходя по кругу стол.

А старший Чернов спокойно ставит во главе стола старый тяжеленный стул с резной высокой спинкой, напоминающий трон, двигая в сторону табурет вместе с младшим. Стул спокойно стоял в углу комнаты, а теперь как на царском пиру, встает на свое место.

Кто-то провел немало времени и приложил усилия, чтобы создать такую красоту. Провожу рукой по точеной бобышке и острому завершению, с одной стороны, веду пальцем по верхним выступам резьбы до другой.

— Нравится? — Андрей доволен моим интересом.

— Да, очень красиво.

— Дед когда-то притащил этот стул из барской усадьбы, которая много лет стояла закрытой. А потом ее все же решили снести под дачи для кремлевских сотрудников. Мебель и всю утварь раздавали рабочим, и он отхватил вот эту красоту. Не представляю, как он его тащил до дома бабули.

Андрей садится, откидывается на спинку, смотрит на меня с прищуром. Ему идет, смотрится настоящим князем.