Книга Я выбираю тебя, страница 110 – Тася Лав

До звонка я забылась в писанине, и даже когда он прозвенел, я дописывала слова куратора. Затем полезла к себе в портфель, собираясь все туда сложить.

Когда я подняла голову, то с удивлением обнаружила соседнюю сторону парты пустой.

Она просто… сбежала от разговора.

Злата

— Не мешай, Злата, — хмурилась мать, отстраняя меня со своего пути к зеркалу.

Вчера я так и не смогла поговорить с Лерой, а сегодня меня не отпустили в универ из-за свадьбы отчима и моей матери. Теперь я вообще должна стоять в рядах подружек невесты. Может, мне еще цветы бросать на красную ковровую дорожку?

На мне было то самое платье, что я выбрала в магазине, а волосы парикмахер собрал в пышную гульку. К сожалению, мне с собой было нельзя брать телефон, наверное, чтобы не отвлекалась от такого праздничного события. Но я настолько апатично встала утром, что с легкостью согласилась с этим и ушла в ванную.

Я все еще не могу переварить, что собственноручно оттолкнула от себя друзей. Может, из-за этого весь свой день провожу, витая в каких-то облаках.

Однако смешно наблюдать за беготней матери в свадебном платье. Как она расталкивает визажистов и подбегает к зеркалу, ругая их и требуя переделать. До самой свадьбы всего ничего, и ей стоит поторопиться.

Противоположностью ей был Максим. Быстро одевшись, он еще успел заехать к себе на работу. Похоже, что там и останется до самой свадьбы. Ну и хорошо, лишний раз видеть его физиономию не хотелось.

Провозившись еще час, мать наконец была удовлетворена собой. К дому подъехал белый лимузин, украшенный ленточками и шарами. Недалеко от машины я заметила фотографа, тот пытался быть незаметным. Не люблю фотографироваться, бр-р-р…

Мать посадила меня впереди, а сама расположилась на задних сиденьях, расправив складки своего платья.

— Максим Игоревич ожидает вас у входа в ЗАГС, — обратился водитель к моей маме.

Она нетерпеливо заерзала.

— Так давай же быстрее!

Я никогда не пойму ее стремления выйти замуж за этого человека. Деньги никогда не прикроют его черную душонку, сколько бы их ни было. Да и вообще, не в них счастье…

Но наши с ней взгляды на жизнь всегда различались.

“Бери от мужика все, — часто говорила она, — поэтому чем он материально обеспеченнее, тем лучше”.

Почему-то я дала себе надежду, что возле ЗАГСа он будет стоять один. Они быстро распишутся, посидят в дорогом ресторане, и меня отпустят.

Но когда мы начали подъезжать, я заподозрила неладное. А когда машина встала, я вообще не хотела выходить.

Опять банкет…

Возле здания стояли, походу,те же банкиры, партнеры и так далее. Те, кто был на прошлом банкете. Логично, что неприятные Максиму Игоревичу лица не были приглашены, в том числе и Золотарские.

— М-да, — цокнула языком, разглядывая это “великолепие”.

Однако мать моего негатива не разделяла.

Она уже была готов выпрыгнуть из машины, под камеры репортеров. Только мать не понимает, что она как обезьянка в цирке. Для этого все сюда пришли. Посмотреть на ее поведение и позабавиться.

А я не хочу быть для них развлечением.

Вот мама уже стоит рядом с Максимом. Их фоткают журналисты. Они улыбаются в камеру, обнимаются и выглядят счастливой парой.

О, Максим заметил, что я еще в машине. Хмурится. Мать тоже начинает нервничать. Не хочу, чтобы он вечером меня отчитывал за это.