Книга Наваждение, страница 33 – Лада Христолюбова

Забегаю в туалет, прячусь в кабинке, чтобы меня никто не видел и успокоится. Пара слезинок все же срывается с ресниц капая на колени, сдерживаю всхлипы. Как же это трудно — знать, что ты всего лишь временная игрушка богатого мужчины, которую он может поменять в любой момент. И оставить тебя с разбитым сердцем и душой.

Вытираю слезы и уже хочу встать и выйти, но в туалет кто-то входит, и я застываю на месте.

— Нет, ты видела это? — с изумлением в голосе заявляет одна, — А еще строила из себя такую недотрогу! А сама спит с боссом!

— А тебе завидно? — спрашивает другая, — Ты же замужем.

— Ну и что? Я может тоже не прочь побыть его любовницей, он знаешь какой щедрый — всем своим пассиям дарит шикарные подарки.

— Откуда ты знаешь?

— Так я знакома с его бывшей он подарил ей квартиру и оставил кучу брюликов. Она говорит, что и трахается Дорохов как бог и член у него ого-го! Ему всегда одного раза мало. Я бы не отказалась оказаться под ним. Мечта, а не мужик!

— Мечтать не вредно Рай. Такого мужика как Дорохов нельзя захомутать если он сам не согласится. Я думаю, его даже ребенок не удержит если кому-то все же повезет от него залететь.

— Ещё скажи, что ты не мечтаешь о нем когда лежишь под своим мужиком?

— Нет и считаю, что и тебе нестоит о нем мечтать.

— Вот ещё! Вот увидишь на новогоднем корпоративе он уйдет со мной! И мы будем трахаться всю ночь!

— Я бы на твоем месте даже не думала об этом. — говорит вторая девушка спокойно, и она мне начинает нравится. Интересно с какого они отдела?

— Ты не на моем месте! — злиться первая, выглядываю в щель и замечаю блондинку и рыжую. И, судя по всему, в рулетку решила сыграть блондинка. А Дорохову нравятся блондинки, учитывая его последнюю пассию, что недавно крутилась в офисе и в его машине. Я просто какое — то долбанное исключение — у меня светло-русые волосы и голубые глаза.

Обе выходят, хлопнув дверью, выхожу брызгая в лицо холодной водой, чтобы не сильно повредить макияж, промачиваю салфеткой лицо, щипаю щеки, чтобы придать им румянца, но бледная кожа меня выдает с головой. Заметно, что я плакала и не в настроении, глаза потухшие, в них нет радости жизни — только грусть и тоска.

Выхожу из туалета и прохожу в кабинет, раздеваюсь, вешая пальто в шкаф, переобуваюсь и падаю на свое место. Я не смогу тут работать дальше — как он этого не понимает? Да, возможно люди поговорят и забудут, но всегда будут помнить и полоскать в разговорах.

Как делать вид, что у меня все хорошо? Как смотреть в глаза коллег, что работают со мной? Оправдываться я не хочу не перед кем, это моя жизнь и она принадлежит только мне.

Да и вообще — плевать!

Вскоре в кабинет входят Людмила Александровна и Наташа.

— Доброе утро, Ариночка!

— Доброе утро, как добрались? — изображаю заинтересованность.

— Совсем транспорт перестал ходить, уж думала, что опоздаю. — раздевается начальница и вешает верхнюю одежду в шкаф. — А у тебя что случилось? Какая-то ты грустная?

— Дорохов отказывается подписывать мое заявление на увольнение. — выдыхаю я. — А мне предложили занять место помощника генерального.

— Хорошее место, и карьерный рост имеется. — соглашается начальница. — Что на него нашло? Обычно он не такой упертый.

— Не знаю, не такой уж я ценный работник, чтобы не давать мне возможности работать на новом месте. Сказал, если я уйду, то он сделает так, что я смогу устроится только уборщицей в супермаркете на отшибе города. — жалуюсь начальнице, она очень хорошая женщина, понимающая и всегда может дать хороший ценный совет. О втором варианте его предложенияя не говорю.