Книга Северный танец, страница 80 – Лика П.

– Ты по какой-то чудовищной ошибке стала женой человека, который мне небезразличен.

– Что-то я не пойму… ты пытаешься оградить не «безразличного» тебе человека, или хочешь сделать рокировку и встать на мое место?

– Много себе позволяешь, со мной никто так не разговаривает, ты меня совсем не знаешь.

– Ты меня тоже совсем не знаешь, однако это тебе не мешает разговаривать со мной в оскорбительной форме.

– Таких, как ты, надо вовремя ставить на место.

– Да? А на какое место, где оно? Ты кем себя возомнила… Фемидой? Пользуешься авторитетом своего отца или матери, поэтому тебе сходит все с рук. Уверена в этом.

– Так и есть, мой отец очень богатый, и мне открыты все двери. И да… чего скрывать, ты мне не нравишься.

– Ты мне тоже. И раз мы выяснили наши отношения, можешь быть свободна, я тебе больше не задерживаю.

– Что?! Это ты мне говоришь?! Ты?!

– Для тебя, госпожа Арсоева… запомни! – я говорила спокойно, глядя прямо ей в лицо.

– Советую с этого дня ходить и оглядываться.

– Ты еще здесь? – спросила я и сделала вид, что она мне наскучила. Набрала ложку мороженого и положила себе в рот, смакуя его вкус, хотя на самом деле не чувствовала ничего.

– Вот дрянь! – она вскочила и резким шагом пошла в противоположную сторону зала.

Я вынуждена была еще немного посидеть. Съела несколько ложек растаявшего мороженого для вида. Мне казалось, что она сверлит меня взглядом, слышала заливистый смех нескольких женщин с другого конца зала. Видимо, она со своей свитой обсуждала меня и веселилась. Немного посидев и глядя в пустой экран, делала вид, что я погружена в чтение. Затем встала, не оглядываясь по сторонам, и с гордой осанкой пошла на выход. Леша, заметив мой встревоженный вид, поинтересовался:

– Вас что-то беспокоит?

– Нет, все в порядке.

Я заметила, как он оглянулся через зал, а затем развернулся, открыл передо мной двери, и мы пошли к кроссоверу. Сев в салон автомобиля, водитель завел двигатель и плавно выехал на шоссе. Я смотрела в окно, а Алексей, поглядывая в зеркало заднего вида, спросил:

– Марина Романовна, куда прикажете дальше?

– Куда еще, домой, Леша, – с грустью ответила ему.

– А не хотите в парк, прогуляться?

– В парк? – оживилась я. – Хочу.

– Ну, тогда едем.

Гуляя медленным шагом, засунув руки в карманы своей дубленки, рассматриваю просторныйпарк, представляя, как красиво и людно здесь летом, как дети едят сахарную вату. Я с удовольствием приеду летом сюда, и не против сама отведать сладкой ваты. Даже улыбнулась, подняв голову к небу. Погода стояла хорошая, хоть и не солнечная, но чувствуется, что уже близится весна.

Неприятная история с этой Марго, откровенно говоря, и истории никакой-то и нет. Придумала себе несуществующую любовь, возомнила, что земля вокруг нее вертится. Я знаю, ее задело то, что я на той вечеринке стала огрызаться, вместо того чтобы промолчать… А разве я могла промолчать? Ну, уж нет! Она явно пускает слюни на моего мужа. Не знаю, на что эта стерва способна… думаю, на многое. Могу ли я быть хладнокровной, как Марго… нет, я так не умею.

О чем я говорю, если растерялась при виде ценника на кофточку, которую захотела приобрести, и с ужасом посмотрела на мужа. Он забрал вешалку с одеждой из моих рук и сказал мне, чтобы я не забывала, чья жена. Тут, конечно, не о чем спорить, странно будет, если я буду одеваться на барахолке. Первая, кто ткнет в меня пальцем, будет та же Марго. Но и тяжело пока осознавать, что не надо экономить, как я делала это раньше, чтобы не напрягать свою ба, поэтому и работать стала, когда еще училась. Не то чтобы я побежала транжирить деньги мужа, нет. Просто сама мысль, что у меня такой муж, которым я безмерно горжусь, меня радует и хочется соответствовать ему. И я буду соответствовать, чтобы он мною тоже гордился. Вот в моей голове такие светлые мысли крутятся, невольно вызывают улыбку, и в них влезает эта Марго. Ну что ты будешь делать, таких лучше игнорировать, но не забывать об их существовании.