Книга Тайная страсть генерального, страница 26 – Евгения Чащина

— Когда приблизительно вы разговаривали?

— Ближе к четырём, а так я больше ни с кем не общалась.

Вполне рабочая схема. Михаил Алексеевич будет рад интересной информации. А уж я как рад буду. Всё же я был намерен увидеть Ингу в своём кабинете в роли той, кто лично попросит извинения. Естественно, они мне не нужны, эти извинения. Мне нужен повод, чтобы контактировать с ней, понимать, чем она дышит и зачем устраивает непонятные игры с Алексом. Я чувствовал, как план созревает в моей голове.

— Я могу идти? — Её голос прозвучал неожиданно, вырвав меня из глубоких размышлений. Я слишком надолго задумался.

— Это не всё. — Я пыталсясовладать с тем, что видел в кабинете заместителя, не натягивать все факты на одну, заранее заготовленную версию, но, видимо, лучше здесь и сейчас всё прояснить, пока она не успела ускользнуть.

— Ты, видимо, хотел поинтересоваться тем, что видел в кабинете Александра? — Инга склонилась в мою сторону, её взгляд стал слишком суровым, пронзительно изучая моё лицо. Она читала меня, как открытую книгу. Это раздражало, но одновременно и восхищало.

— Ты зря играешь с ним в игры. Алекс — заядлый повеса, — говорю спокойно, хотя было дикое желание вывалить на неё столько всего, рассказать, насколько он циничен и безнравственен.

— Да, к тому же не женат, пользуется у женщин огромным спросом. Но здесь я вижу второго, ничем не лучше, — Она парировала, её слова, как кинжалы, вонзались мне в сердце. А я лишь грозно хмурил брови, с трудом сдерживая гнев.

— Ты даже не представляешь, насколько мы разные. — Мой голос стал ниже, опаснее. Она не понимала. Она не видела настоящей пропасти между нами.

— Конечно, не представляю. Куда уж мне. Ведь в той квартире была моя сестра-близняшка. — Её слова прозвучали, как удар грома.

— Инга, если своим согласием ты решила меня наказать, то ты совершаешь огромную ошибку. — Шок от её слов смешался с новой волной негодования. Это было немыслимо.

— Никого я не собираюсь наказывать! — Она старалась не повышать голос, но эмоции были на пике, её грудь тяжело вздымалась. Это была не игра, а настоящая боль, я видел это. — Забудь о той ночи и обо всём другом тоже. Это была ошибка. А теперь, простите, господин Громов, но у меня уйма работы.

Ошибка, значит? Её умению держать лицо можно было только позавидовать. Строгие черты лица ничуточки не делали её строгой. Мне лишь казалось, что Инга пытается убедить себя в том, что говорит. Ни черта она не забудет, ведь соткана из другого теста. Я знал много женщин, и ни одна не была столь критична к себе, столь непримирима.

— Это не была ошибка. Возможно, в ту ночь, но не утром второго дня, Инга. Не обманывай себя. Просто попытайся мыслить здраво. Нам нужно время, чтобы проанализировать то, что случилось… — Я подошёл к ней, пытаясь дотянуться до её разума, пробить эту стену отрицания.

— Если у тебя с этим проблемы, то я прекрасно всё проработала. Знаешь, лучшая подруга, несколько бутылоквина и все беды позади. — На её губах появилась горькая улыбка. Она пыталась казаться легкомысленной, но я видел её боль.

Я улыбнулся её оптимизму и первым поднялся из кресла. К сожалению, я не имел настолько хороших друзей, чтобы вот так сразу решить свои проблемы. Мои методы были другими.

— Прислушайся к совету, прекрати свои отношения с Александром. — Мой голос звучал как приказ, и я видел, как она напряглась.