Книга Измена. Закрывая гештальты, страница 75 – Дора Шабанн

С хахалем.

Занятно.

Но сейчас — кому это?

Закроем тему, раз в целом суду все ясно.

Незначительные детали, как то: а нельзя ли было позвонить, с фига ли он ушел из семьи, как зовут маму Сени, хорошо ли ночами спит Надя, оставим.

Слишком поздно все это ворошить.

— Да не хочу я ничего сейчас уже слушать. Это все двадцать пять лет назад было актуальным, а теперь — прошло, быльём поросло. Тогда, посмеявшись над моими чувствами и продемонстрировав наивной, влюбленной в тебя до безумия девочке, что верить никому нельзя, ты сделал мне очень больно. Но сейчас, наконец-то, это не имеет значения. Я просто не хочу тебя никогда больше видеть. Прощай.

Развернулась и пошла к машине, а он вслед ещё что-то говорил.

Но это было неважно. Не догнал же?

Несмотря на некоторую постановочность диалога, я была расстроена: значит, и правда, Надя. Пусть и не закадычная подружка, но, как я думала, хорошая знакомая.

И вот так взять и искалечить чужие жизни?

Мою так точно, Сергея — вероятно, Арсения — возможно.

Больно. Страшно. Обидно.

Настолько погрузилась в переживания и печаль, что даже звонивший телефон взяла не глядя.

А там сюрприз.

— Привет, сладкая Питерская принцесса. Когда там у нас свидание?

«Безумству храбрых поем мы славу!»

Максим Горький «Песнь о соколе»

От этого рокочущего громовыми раскатами голоса все мои спасшиеся от депиляции волоски встали дыбом.

Между лопатками пронеслась лавина мурашек и разбежалась по рукам. Мгновенно бросило в жар, уши заложило, а в груди сдавило.

Что это за реакция такая? Я же нормальная, адекватная, взрослая разведенная женщина, я просто не могу так…

А нет, могу.

Пока я вспомнила, что нужно дышать и как это делать, прошло сто лет. Но он-то в это время не молчал, а я все прослушала. Увы, не переспрашивать же теперь?

Поэтому я такая обалдевшая поддалась напору и возражений внутри разума своего не нашла. И слов тоже.

Езус-Мария, какое позорище!

Я же писательница… и где это все?

Он — самоуверенный сопляк, а я уравновешенная, разумная, взрослая женщина в разводе, да.

Так, я что-то подобное вроде уже думала?

И что?

Наглость и харизма смели к чертям весь мой разумный подход.

Поэтому сейчас эта самая взрослая, адекватная женщина ехала по навигатору в «маленькое, уютное кафе», как было заявлено, выпить кофе с человеком, чей мотоцикл имела несчастье слегка подтолкнуть.

Узнала место встречи я по его ярко-красному спорт-байку. Да.

И по впечатляющей фигуре хозяина байка рядом.

Холера ясна, как-то много мужиков вокруг меня развелось.

А некоторые еще и восстали из небытия. И памяти, и времени.

Что Сергей со своими претензиями, что Роман, который звонил на этой неделе пару раз.

Настроения болтать с бывшим мужем не было от слова совсем. Воспитанная я уточнила у детей, общаются ли они с отцом, и после заверений, что «есть контакт», вопрос с Романом Николаевичем на ближайшее время решила закрыть.

И Сергей, надеюсь, больше на горизонте не появится. Ясно же в нашей горькой истории все.

И вообще — столько лет уж прошло.

Все.

Когда приезжаешь выпить кофе с незнакомым парнем, которому ты еще и байк попортила, меньше всего рассчитываешь на то, что тебе при встрече сначала поцелуют ручку, а потом сгребут в объятья и прошепчут, втягивая воздух у виска: