Книга Хорошая девочка. Версия 2.0, страница 39 – Дора Шабанн

В смысле — звони и спроси? Навязываться? Замужней мне? Ну и прочие обстоятельства никуда не делись…

— Глупости это все. Поедем на Ваську, если хочешь. Давай, до «Адмиралтейской» на метро, а там прогуляемся по набережной на Стрелку.

— Ну, раз ты такая трусиха, поехали, — разочарованно протянул сына.

И мы поехали.

В метро, неожиданно, было полно народу. Веселого, шумного, спешащего, радостного.

Мы с Русом только и успевали в этой толпе бормотать во все стороны: «И вас!», «Поздравляем!», «Всего хорошего!».

Доехали как-то быстро, правда, по дороге успели обсудить с одной дамой в годах и песцовой шубке, прихлебывающей коньяк из фитнес-бутылки, различные методы приготовления глинтвейна и варенья из черноплодки с апельсинами. А на переходе с «Пушкинской» на «Звенигородскую» спели с ребятами на эскалаторе задорное и праздничное «С первого и по тринадцатое» от «Несчастного Случая».

Вернувшись из-под земли на «Адмиралтейской», я поняла, что благодарна сыну за прогулку и рада не сидеть дома. Ни в кухне с Русом и какао, ни в кабинете с курсовыми и «Мартини», я не была бы настолько переполнена искристыми пузырьками праздничного настроения. Даже толпы изрядно напраздновавшегося радостного и вопящего народа меня не бесили. Было просто слегка бодро и, пожалуй, забавно.

Пока вертела головой, пытаясь определиться с наиболее красивой и короткой дорогой на СтрелкуВасильевского острова, оказалась подхвачена довольным Русом под руку. Ребенок глянул в телефон, хихикнул и пробормотал:

— Идем, прочту тебе вступление от «Медного всадника» у ног оригинала.

Обалдеть! Вот это сюрприз! Чтобы Рус добровольно читал стихи? Спасибо, дедушка Мороз! Я, видимо, была не слишком плохой девочкой в этом году, раз такой подарок прилетел.

После того как я в полной мере насладилась декламационным талантом Русика рядом с творением великого Фальконе, стало ясно, что девочкой в прошлом году я была «зашибись».

Неспешным шагом со стаканом глинтвейна в руке к нам от набережной приближался Влад.

Ох.

— Морду сделай попроще. И печальнее. Запорешь, нах*, всю конспирацию, — прошипел Рус.

Я не успела среагировать (морду как раз поправляла), как Влад заржал. Весело и задорно. Так, что я не смогла не засмеяться вместе с ним.

С ними.

Двумя хитрыми мальчишками.

Которые улыбались настолько радостно и довольно, что становилось не только теплее, но и светлее.

— Да, всем сюрпризам сюрприз! — коварно улыбнулся Влад, прихлебывая из стаканчика.

Повеяло корицей и прочими дикими специями. Я демонстративно потянула носом, а Рус послушно выудил из рюкзака термос.

Вот так мы и встретили Новый год. У ног самой известной конной статуи основателя города. С глинтвейном и какао. И с мандаринками.

А потом пошли гулять.

Мы вздрагивали от хлопушечно-фейерверковой вакханалии, слегка ежились на все-проникающем ветру с залива, вместе с развеселыми горожанами кричали здравицы и отдельные пожелания. Зачарованно любовались россыпью звезд от мастеров китайской пиротехнической индустрии на низком чернильно-синем небосклоне. Хохотали, очищая на ветру мандаринки, которые мстительно брызгали в нас, все же подмерзших и оттого весьма криволапых, ароматным и радостно-оранжевым соком.

Впервые за долгое время я веселилась и радовалась жизни не в заслуженном отпуске на берегу теплого моря, не от какого-то дорогостоящего и долгожданного приобретения.