Книга Второе дыхание, страница 111 – Дора Шабанн

— Конфетка моя, не вздумай лить слёзы. Абсолютно не иа-за чего. Я должен был привезти Георгиевичу тендер, чтобы стать совладельцем Бюро. Условием получения тендера в Т. была женитьба на наследнице. Я отказался. Так что, теперь официально безработный. Но твой и только твой. Ты рада?

— Я в шоке. Тёма, ты столько лет посвятил своему Архитектурному бюро. Как же так? Как Юрий Георгиевич мог тебя уволить?

— Чего это? Я сам написал заявление. Да, нашёл наследнице мужа.Со всеми в Т. попрощался и помчался к тебе. А то, стоит зазеваться, и привет. Какие-то левые мужики вокруг тебя кружат.

— Леону было проще позвать меня замуж, чем рискнуть предложить встречаться девушке, что ему действительно нравится. А я — удобная, тебе ли не знать? Адекватная, неконфликтная, терпеливая, с пониманием, — последние слова я буквально выплюнула. И да, со злыми слезами вместе.

Артём чуть сместился в сторону, притянул меня на себя, и начал слегка покачивать в объятьях баюкая:

— Ты глупости эти брось. Ты любимая, дорогая, нужная и важная. Красивая, желанная. Самая-самая. Моя.

Всхлипнула, потому как реветь уже настроилась, а тут такие комплименты. Сто лет не слышала. Подожду рыдать. Может, ещё чего такого же скажет?

— И с чего это вдруг такие перемены в твоём мировоззрении?

— Почему перемены? Для меня ты, с двухтысячного года, одна на свете любимая женщина. И тебе это известно. Объект моих чувств неизменен, дорогая, — мурлычет муж.

Артём неспешно сцеловывает слёзы с моего, пылающего от волнения, лица, и как-то незаметно перемещается руками и губами ниже. Туда, где аргументы «за» сохранение отношений уже из другого арсенала. И серьёзнее. Изрядно.

Гладит, целует, прижимает. Быстрее. Сильнее.

Сил отворачиваться и отпихивать его у меня нет. Совсем. Закончились.

После комплиментов? После пояснения потребности в командировках? Или когда сказал, что не изменял?

Вдруг, вместе с укусом в шею, меня озаряет: он предпочёл не работу. Не работу свою драгоценную. Тём здесь. То есть, я важнее?

С головы до ног обдаёт жаром.

— Милая, вернись ко мне, — жёсткими ладонями удерживает моё лицо, как в оправе. Смотрит в глаза пристально и как-то ожидающе.

Шепчет-рычит:

— Мужчина ищет, и я давно нашёл тебя, моё сокровище. А женщина выбирает. Выбери меня. Сейчас. Снова. Сама.

— Мы сто лет вместе уже, Тёёёма, — извиваюсь и подвываю, скованная им.

В голове мутится и шумит. Между нами только густое рваное хриплое дыхание. Будто бы одно на двоих. Короткими жалящими выдохами слова:

— Плевать. На это. Сейчас. Выбери меня сейчас, — я уже просто переполнена жаром, эмоциями, ощущениями. Им. — Себе. Навсегда. Ну же, Уль! — резкое, сильное движение внутрь и… и да, перед звезданувшиммне по мозгам и организму фейерверком, я успела только мявкнуть.

А после — отключилась.

77. Артем. Август. Санкт-Перербург

Артём укрыл спящую жену одеялом и тихо рассмеялся. Хорошо, что дети у бабушки веселятся, а то дома несколько не та атмосфера. Образцово-показательные родители сегодня уже капитально зажгли, но этого им явно будет мало. Вот сейчас слегка переведут дух и обязательно продолжат, да и вообще, у некоторых здесь очень обширная и разнообразная программа мероприятий. Прямо, можно сказать — отрыв от реальности.

Да, укатал он собственную жену всё же. Молодец?