Книга Читай по губам, страница 26 – Леся Лимерик, Светлана Строгая

– Как-то это не аутентично. – Антон поморщился и попытался вернуться к чтению. – Глинтвейн или грог были бы уместнее.

– Когда же людям пить водку?

– В Старый Новый год, конечно. Само осознание этого праздника невозможно без пол-литры и русской души.

Катерина задумалась. В словах начальника был смысл, но для ее креативного ума слишком прямой и неглубокий.

– Знаете что, Антон? Русская душа свободна от условностей. Когда она просит, тогда и праздник.

– Поэтомувы решили вдруг украсить окно? – поинтересовался мужчина и закинул в рот кусочек леденцовой трости, снятой с елки вместе с печеньем. – По зову сердца?

– В отличие от вас я занята делом. Разве не видно, что гирляндой выложен сигнал о помощи?

Антон перекатил леденец из-за левой щеки в правую сторону и, отложив книгу, критично осмотрел созданную Катериной конструкцию. Надпись «SOS», старательно прикрепленная к двухкамерному стеклопакету, подмигивала и переливалась разноцветными огоньками.

– Мне видно, – кивнул Антон. – А вот людям с улицы вряд ли. Кажется, вы забыли о зеркальной симметрии.

– Ой.

– К тому же хочу напомнить, что розетка у нас одна. И если мы намерены пожертвовать ей ради этого не очень надежного, но, безусловно, оригинального плана спасения, то должны быть готовы к сухому пайку.

– А?

– Продукты испортятся, – подытожил Антон и, поправив очки, погрузился в изучение очередной истории о любви и страсти.

После недолгих раздумий и моральных терзаний Катерина выдернула штепсель гирлянды из розетки и со вздохом подключила к ней холодильник. План был хорош, но – увы! – не так хорош, как ванильное мороженое и какао с молоком.

– Лучше вот, послушайте, – предложил главный редактор. – «Он схватил меня, рыча как животное, коим он на самом деле и являлся...»

– Недурно, – прокомментировала Катерина, которая в этот момент заприметила на потолке белую коробочку датчика дыма и начала строить новый план. Если подсчеты верны, то быть ему планом Е.

– И дальше тоже… «Его зверь почуял добычу. Разорвав на мне платье сверху донизу, он грубо смял мою грудь и впился зубами в беззащитный сосок».

– Одобряю, – кивнула девушка, прикидывая, возгорания какого масштаба будет достаточно для срабатывания пожарной сигнализации. – Продолжайте.

– «Его огромная лапа придавила меня к затрещавшей кровати, заставив вскрикнуть. Резко вздернув мои бедра вверх, он начал вколачиваться со всей силы...» – зачитал Антон и философски вопросил: – Почему обязательно быть таким грубым?

– Да, почему? – подхватила Катерина и оценивающе осмотрела книжный шкаф как главный источник топлива.

– Почему, чтобы понравиться читательницам, герой должен либо грязно ругаться, либо портить одежду, либо ломать мебель? Что за очернение светлого образа защитника и кормильца?

– Не знаю, –призналась Катерина и отложила в сторону наиболее ценные типографские экземпляры.

– А кто знает? Я думал, вы, будучи представительницей слабого пола, сможете меня просветить.

– Хм-м… – протянула девушка, примеряясь к шкафу, который неплохо было бы сдвинуть на пару метров к двери, поближе к датчику.

– Катерина! – возмутился Антон. – Вы меня вообще слушаете?

– Я с вами полностью согласна!

Почему-то самая надежная фраза из ее арсенала Антона не удовлетворила.

– Тогда напомните, пожалуйста, – вкрадчиво произнес он, – с чем это вы только что согласились.