Книга Кофе в постель, пожалуйста!, страница 48 – Леся Лимерик, Светлана Строгая

— Ничего, подожди, — посоветовала довольная подруга и, решив не тратить время даром, вновь взялась за мой маникюр.

Я кинула на нее сердитый взгляд и прислушалась. Сначала можно было разобрать только разнородные шумы и голоса, но потом мне удалось уловить отдельные слова: «…легавые и…ара стволов…». Отдаленное бормотание будто бы сменилось другим голосом: «…западло… на кордоне выписывают…».

— Какого?.. — возмутилась я, все еще прикрывая микрофон. — Похоже, случайно набрал. Но я слышу какую-то дичь!

Вера помахала мне, жестами веля класть руку в лампу и слушать дальше. Я засунула большой палец сушиться и покорно прижала динамик к уху. Похоже, разговаривали два человека, а телефон лежал в кармане или в сумке. Мужчины беседовали достаточно тихо, повышая голос только на отдельных словах. Я услышала что-то вроде «…нарвался на…аж… разбежались», после чего решительно сбросила звонок.

— Подслушивать нехорошо, — сказала я подруге в ответ на ее невысказанное возмущение.

— Это был шанс узнать что-то о человеке, которому ты собралась танцевать стриптиз. И ты только что этот шанс просрала.

— Надо будет что-то о нем узнать — сама спрошу.

— И он тебе ответит, конечно. — Скепсис в голосе Веры, сноровисто наносящей на ногти гель-лак, можно было черпать ложкой. — Ладно, чего уж там. Меняй руку.

Непонятный звонок немного выбил меня из колеи, и я погрузилась в раздумья, даже не сразу реагируя на просьбы Веры поменять руки. И как это все понимать? Что за странные разговоры, наводящие на мысли о криминале, и какое отношение к ним имеет мой знаток кошечек? Догадки и сомнения кружили в голове рассерженным ульем, но в конце концов я малодушно отмахнулась от них, решив: будь что будет!

Когда подруга закончила маникюр, втерев в преображенные пальчики по капельке ароматногомасла, и плюхнула передо мной очередную чашку с чаем, я тяжко вздохнула и открыла коробку с макарони. Взяла одну штучку, а остальные подвинула к Верунчику.

— Лучше детям оставь. Маришка в школе?

— Ага, скоро придет. И сожрет все, что ты принесла, в одну секунду.

Я откусила свое пирожное и взяла чашку, как вдруг в дверь замолотили, ручка дернулась и в кухню вломился двухлетний карапуз в одних трусах, видимо соскучившийся по материнскому вниманию. Пока Вера уговаривала сына взять пироженку и ненадолго оставить маму с тетей Тамарой, я допила свой чай, попутно представляя, что было бы, если б нам с Андреем удалось завести ребенка. Дети — это, конечно, счастье, но когда тебя в любой момент могут оторвать от дел… Ни почитать спокойно, ни в ванне полежать, о личной жизни я вообще молчу. Зато наш брак сохранился бы, скорее всего. Я мысленно пожала плечами. Какой смысл думать о том, что могло бы случиться много лет назад?

Вера наконец сладила с Мишаней, отправив его обратно в комнату к отцу, и снова закрыла дверь. Словно в ответ на мои мысли она покачала головой и прокомментировала:

— Обожаю его, но иногда хочется сдать в садик на полный день и хоть немножечко выдохнуть. Хорошо хоть Димка стал помогать, все равно работает сутки через двое. — Вера выбрала себе нежно-зеленое пирожное и в сердцах откусила почти половину, продолжив с набитым ртом: — Какой ты мне поставишь диагноз? Плохая мать? Очень плохая мать?

— Вер, ну что за бред? У тебя муж, хозяйство, двое детей, а еще работа. Ты просто устала. Если хочешь, считай это диагнозом.