Книга Любимая заноза ректора. Огненный турнир, страница 10 – Ирэн Блейкстар

Да уж, с таким раскладом мне действительно лучше носить браслеты и служить зарядкой для местных накопителей-батареек, чем вредить окружающим.

Тяжко вздохнув, я погладила значительно помятые гортензии и попросила миссис Алану:

— Можете поставить цветы в вазу? А то я их скоро совсем растерзаю.

— Хм… — задумчиво произнесла целительница, а я вновь напряглась.

— Что-то не так?

— Да нет, все так, — чуть улыбнулась миссис Алана. — Просто это первые цветы, которые лорд Индарэш оставил в вашей палате.

— А что, были и другие? — после минуты осознавания, спросила я.

— Конечно, — кивнула целительница. — Вас каждый день заваливали цветами ваши друзья. Но лорд ректор строго настрого запретил превращать палату в филиал цветочного магазина. И я с ним в этом согласна. Но, думаю, от одного букета ничего не случится.

Миссис Алана вышла за вазой, а я недобро прищурилась на ни в чем неповинный букет от Селестина.

— Значит, запретили цветы от друзей, лорд ректор, — зло прошипела, смотря в пространство перед собой.

«Это война, лорд! Ваши собственнические замашки меня порядком достали!»

Кира

Как же я была зла. Даже не так, я была очень зла на собственнические замашки лорда. Селестин считал, что вправе решать все за меня. Пользуясь своим положением, он дозволял или запрещал мне то, что считал приемлемым для себя, в отношении ко мне других. Это бесило.

А ещё, неожиданно четко я поняла, что теперь он меня не отпустит. Впрочем, меня и раньше не хотели отпускать, ну а теперь и подавно. Ни тогда, когда во мне открылся и стал общественным достоянием такой мощный дар огня.

Из ранее прочитанных мной книг про магию — ещё когда готовила реферат для Селестина по заданной теме — я поняла, что с ней, с магией, в этом мире последние две тысячи лет полная беда. Она стремительно угасала. Притом, подлинную причину ухода магии из мира местные ученые умы так и не выяснили. Были теории и гипотезы одна другой краше и страшнее, начиная от той, что в Нурхадаре появилась брешь в мировой канве, и в неё утекала магия, и заканчивая посланным на этот мир проклятием проигравших в войне богов.

Сложно было поверить в такие теории. Слишком уж они были фантастическими. Ну или я до сих пор слишком дитя своего мира. Но одно я знала точно — появление огненного элементаля в моем лице всколыхнет весь этот мир. Мир, так нуждающийся в сильной магии и получивший её частично во мне. И уже было не важно, что я иномирянка, и мне нужно скрываться. Уже было не важно. Просто я отличилась по полной программе, можно сказать, что заявила о себе с помпой. Поэтому все старания Селестина скрыть эту новость от общественности, действительно, уже не имели смысла.

Из приоткрытого для проветривания окна дохнуло холодом, и я поежилась, то ли от прохлады, то ли от ситуации, в которую попала. Это ещё хорошо, что о других моих способностях разрозненно знает ограниченный круг людей.

Лорд-ищейка прознал про моё умение видеть странные или сокрытые артефакты, и теперь не отстает.

Вот чего мужику от меня нужно? А это он еще не знает о моих способностях читать книги на древних языках и летать во сне.

Да уж… Кажется, влипла, так влипла. Сдается мне, что больше, чем я уже отличилась, отличиться будет нельзя.

Погруженная в раздумья, я просидела весь вечер, пялясь в окно на красно-желто-оранжевые деревья. Порой ко мне забегали целительницы, пичкали лекарствами и вновьубегали. Мне же было даже лень включать свет. Поэтому, когда наступила ночь, я так и продолжила сидеть в темноте. И только полоска света в щели под дверью из коридора освещала мою палату.