Книга Дело – в швах! И между строчек, страница 110 – Анна Ледова

— Флиртовала напропалую, проще говоря, — грозно зыркнул Коршун. — Ладно. Засчитано. Заочно оправдан. Против такого-то кто устоит. А остальные твои умения сейчас и оценим по всей строгости. Вот только хозяин дома возражать-то не станет? Кажется, молодой человек к гостеприимству сейчас не особо расположен. Что ж, можнопонять. Да и я хорош: отвык с гражданскими дело иметь. Тогда позвольте представиться: Грэм Тамбольдт, глава Бюро национальной безопасности, ректор сыскной академии при нём же. Прошу разрешения использовать ваш дом для временной дислокации.

Титул герцога и генеральское звание Коршун опустил, но будто и без перечисления регалий случайный собеседник стал бы испытывать меньший трепет. Тем не менее Дирк выпрямился и снова превратился в безупречного джентльмена, будто не размахивал недавно ножницами, выгораживая так отчаянно ту, что в его защите и вовсе, как оказалось, не нуждалась. И ответил с ледяным спокойствием:

— Дирк Андер, баронет. Прошу внутрь, ваша светлость.

— Андер? — тут же хищно подобрался Коршун. — Из модного дома Кавендиш? Как же, как же, наслышан… К вам тоже вопросики есть.

Дирк побледнел. Что ж, рано или поздно это должно было произойти. Двум смертям не бывать, а одной не миновать. Свою Дирк примет со всем присущим ему достоинством.

Мисс Тэм вскинулась, мысля встать между ними — видимо, вспомнила о записке мисс Кавендиш. Но это не доказательство. Может, ту графиню Фальцтерен старшая модистка и подкупила, попросив раздуть громкий скандал, чтобы заставить Дирка уехать и не дать ему закатить свой — из-за украденных эскизов в её новой коллекции. Но Тамбольдт в такие мелочи вникать не станет, достаточно одного свершившегося факта: какой-то сюртучник назвал его дражайшую родственницу «пионом», и та была глубоко оскорблена. И ни одна изворотливая куница, сколько бы в ней ни было талантов, каким бы даром убеждения она ни обладала, не сможет убедить Коршуна в обратном.

Так что Дирк изящно пресёк намерения мисс Тэм и отступил в сторону, пропуская своего палача в дом.

Сопровождение разместилось на кухне с пирогами и чаем, гостиную же заняла наспех сформированная экзаменационная комиссия из четырёх человек.

А ведь не ошибся, внезапно пришло на ум Дирку. В семье Гренадины действительно был военный, чью перешитую в повседневный наряд форму она и носила. Так делают северяне: либо сами военные после выхода на пенсию, либо супруги и матери безвременно почивших солдат. Супруг Гренадины здравствовал и поныне, так что Дирк логично предположил, что она потеряла сына. И в голову не могло прийти, что правильным был первый вариант, и что кухарка носитне чью-то перешитую в гражданское форму, а свою собственную.

Гренадина (её звание и фамилия внушали ещё больший ужас, так что Дирк пока был не готов мысленно обращаться к ней иначе), лейтенант Остерляйн и представившийся майор Эштон расселись за обеденным столом, вооружившись бумагами для записей. Под круглой стеклянной крышкой справа от Гренадины жалобно билась мисс Петра.

Мисс Тэм уже стояла перед ними, вытянувшись в струнку. Грэм Тамбольдт с комфортом устроился позади неё, в кресле, а больше никто допущен не был.

Дирк зашёл в гостиную последним и безмятежно устроился во втором кресле напротив Коршуна.