Книга Дело – в швах! И между строчек, страница 28 – Анна Ледова

Это не было платье для приёма или чинной прогулки. Это был наряд для побега. От условностей, от прошлого, от навязанных ролей. В нём хотелось дышать полной грудью, громко смеяться и кружиться, чтобы вокруг завертелся вихрь из серебра и тумана.

Не сразу разобравшись с хитрой застёжкой на боку, Ами всё-таки сообразила потянуть вверх крохотный ключик, а за ним поехал такой же маленький плоский замочек, соединяя края боковой прорехи, что щерились металлическими зубцами, в одно целое. Умно!

Велико, конечно, было искушение разбудить модистера — пусть бы сам запаковал Ами в деликатную вещицу, а то она ещё порвёт что-нибудь по неосторожности. Или не той стороной наденет. И вообще… Руки-то у модистера внезапно оказались что надо, вот пусть их и применит!

Во-первых, росли они из правильного места. Большие, горячие… Тьфу ты, то есть строчки из-под этих рук выходили идеально ровные, ни одной лишней нитки не торчало. А во-вторых… Во-вторых, с Ами срочно нужно было снять новые мерки. Мало ли, записала вчера за ним неправильно. И вообще, к такому серьёзному делу надо подходить обстоятельно, а не как вчера — обмерил наскоро и вытолкал прочь. Ами, может, не до конца распробовала свою обязанность. Только вошла во вкус, можно сказать. Даже совесть ночью мучила, что где-то они недоработали. Ну, или не совесть, а кое-что другое.

Аж со вчерашнего дня это «кое-что другое» из головы вытряхнуться не может,потому что такиеруки её прежде ещё не трогали — уверенные, профессиональные, со скупо выверенными движениями. И до оскорбительного безразличные. Нет-нет. Срочно перемерить. Кажется, у неё что-то похудело за ночь. Может, даже всё. Или, наоборот, поправилось.

Если поначалу у Ами ещё были сомнения — а ей ли это чудо предназначалось? может, модистеру просто похвастать не терпелось? — то сейчас они исчезли. Платье было сшито только и исключительно по ней.

Крутясь перед зеркалом, она чуть не опоздала на завтрак. И тут же устыдилась. Пока она почти час укладывала волосы и так, и этак, чтобы вышел цельный образ, модистер наверняка изнывал под дверью, и лишь воспитание и эта его преувеличенная сдержанность мешали ему требовательно ворваться и оценить свой шедевр уже непосредственно на модели.

Что ж, если модистер и изнывал, то вида не подал, чинно попивая кофе в столовой.

— Доброе утро, мэтр Андер!

Ами не стала мучить мужчину и сама покрутилась перед ним, демонстрируя идеальную посадку. Особенно часто задерживалась боком и спиной, давая ему возможность рассмотреть собственное творение, не теряя достоинства, а то его жадный взгляд, который он безуспешно старался замаскировать под безразличие, даже спину прожигал!

— Благодарю за возможность примерить, — польстила Ами Андеру, впрочем, ничуть не покривив душой. — Оно прекрасно! Никогда не видела такой красоты! Пожалуй, теперь мне следует снова переодеться?

— Нет, мисс Тэм, не торопитесь. Сегодня именно оно будет вашим рабочим платьем, — невозмутимо произнёс мэтр, вновь пряча распирающее его довольство за скрипучим голосом. — Чудесный день, кстати, не находите? Так солнечно. Я планирую прогуляться по городу, а вы составите мне компанию.

— Ходячая реклама? — догадалась Ами. — Хитро. Да вы прирождённый делец, мэтр!

— Какая ерунда, — поморщился Андер и отвернулся к окну. Чтобы Ами, значит, не заметила прилившей к его щекам крови. — «Делец» — это оскорбительно. Все эти дела — реклама, стремление продать побольше и подороже — меня совершенно не волнуют. Это… это пошло и низко. А я приехал творить новое слово в моде, я в поисках идей и всего лишь хочу посмотреть, как воспримут в городе эту мою маленькую ночную фантазию. Пусть даже и в таком безнадёжно провинциальном, как Бриар.