Книга Дело – в швах! И между строчек, страница 63 – Анна Ледова

Применённый в сложных гномьих механизмах, этот минерал являлся источником мощной энергии, заставляя отбойные молотки работать сутками кряду без крепких гномьих рук, а их вагонетки катиться с полпинка и до бесконечности.

Всего-то нужно было инициировать минерал, огранённый в определённой форме (куб для стабильности, октаэдр для направленного действия, сфера для рассеивания), задав ему определённое свойство при определённой температуре и давлении. Ударить при заданных условиях — и далее тот стократно отдавал полученную кинетическую энергию. Вот тебе и неустанный молот. Осветить яркой вспышкой — и вот тебе почти вечный фонарь.

Люди пошли дальше, подметив сверхвысокую химическую активность минерала. Он бодро реагировал как на другие элементы, так и на тепло, свет и давление, являя изумлённым химикам всё новые свойства.

Эспен, не на шутку этим увлечённый, мог бы рассказать больше, но Ами так глубоко не вникала и знала лишь общие принципы. Химмагия не создавала нечто из ничего, она лишь изменяла материю.

В основе любого химмагического артефакта, будь топростейший осветительный фламболь или более сложная Чуча модистера, лежали три вещи. Реактант — собственно сам минерал, прежде инициированный нужным образом и дополненный определённым химическим составом. Матрица — пластинка, на которой вытравлены микроскопические реакционные схемы, которые и определяли, каким именно образом высвободится энергия реактанта. И эффектор — собственно исполнительный механизм: нить накаливания у фламболя или сопло для выброса чистящего пара у Чучи.

Та же Чуча модистера была многофункциональной. Могла избавить ткань от масляных пятен или крови, не говоря уж о грязи — это если поместить в один из пяти приёмников колбу с соответствующим составом, который расщеплял жир и органику. Для этого фламму обрабатывали парами щёлочи при ультравысоких колебаниях — универсальное чистящее средство. Вторая колба выдавала ароматизированный пар под высоким давлением — лучше всякого утюга. Какие у Чучи ещё были возможности, Ами не знала, но один раз модистер за закрытыми дверями мастерской выругался на артефакт неприличными словами, а потом послал Ами к Хоббсу за штопальными иглами.

Химмагия появилась всего двадцать лет назад, но уже прочно вошла в повседневную жизнь и шагала семимильными шагами. То и дело химики изобретали новые реактанты, а инженеры изгалялись в сложности матриц, творя самую что ни на есть магию — ведь именно так обыватели её и воспринимали. Бюро национальной безопасности пораскинуло мозгами и довольно быстро дотумкало, что пускать всё это на самотёк опасно, а потому быстренько выбило себе у короны исключительную лицензию на химмагическое производство.

Ага. Будто Кунице Тэм закон помешал бы раздобыть редкий состав с необычным эффектом. Не может же она подвести такой трепетной душевной организации модистера!

Пусть и недотрога, и язва, и актёришка из него так себе, но как же хорош!

✂

— Я не хочу замуж! По крайней мере, не в ближайшие два года!

— А вас принуждают к браку? — сочувственно спросила Ами у регистраторши из городского архива.

— Меня постоянно пытаются с кем-то свести, лишь бы устроить судьбу «несчастной старой девы».

— Однако вы не выглядите ни несчастной, ни старой. Очень так даже ничего выглядите, — подбодрила её Ами.