Книга Академия меча и пламени, страница 39 – Карина Мута

После обеда заглядываю к Валдуину, чтобы помочь с приготовлениями к балу и уточнить значение незнакомого термина. Он мирно спит, сидя за столом, с опущенной на руки головой. Вокруг высятся горы бумаг и папок. В открытое окно, надувая легкие занавески, влетает прохладный ветерок. Лето в Арагоне отличалось от лета в том мире. Порой зной сменялся резкими холодными ветрами с далеких снежных гор. Стужа пробирала до костей, в то время как ты обливался потом от жары. Аккуратно снимаю с его головы очки, которые вот-вот свалятся, и сложенными кладу на стол. Накидываю найденный пиджак ему на плечи и ухожу.

Приготовления к летнему балу мы с Аюной начинаем в моей комнате. Помогаю ей с прической. Она просит собрать волосы на затылке, чтобы они не мешали в танце. Ее платье глубокого синего цвета до пола с рукавами-бабочками и вырезом каре подчеркивает тонкую шею и делает Аюну визуально выше.

Я же оставляю волосы распущенными крупными волнами на спине. На глаза наношу золотые тени, крашу ресницы и пальцем наношу алую помаду. Дух захватывает от красоты платья, подаренного отцом. Корсет из кружева с камнями прикрывает грудь, делая акцент на ключицах, подчеркивает талию и плавно переходит в юбку из атласа и фатина. По плечам спадает ткань, такая же легкая, как подол платья, напоминая крылья дракона. Аюна замирает на месте при виде меня, а после долго ковыряется в маленькой шкатулке. Протягивает мне золотые серьгис крупным гранатом.

– Драконья чешуя! – восхищается подруга. – Никто не усомнится в том, что ты – будущая королева Арагона.

Смущенно опускаю глаза. Интересно, что скажет Дан, увидев меня в этом платье. Почему я вообще думаю об этом? Избавляюсь от глупой мысли. Мы спускаемся по главной лестнице в рядах последних девушек, таких же увлеченных приготовлениями, как мы. В торжественном зале на первом этаже за кабинетом директора Академии уже играет мелодичная музыка. Придерживая юбку, тихонько шагаю по ступеням, туфли на невысоком каблуке не доставляют дискомфорт в отличие от длинной юбки. Она так и норовит запутаться в ногах.

Аюна спускается быстрее меня и двигается в зал уже с Айдо. В какой-то момент останавливаюсь посреди лестницы, решая, нужно ли мне это или нет – привлекать внимание к себе – хотя все и так наблюдают за мной. Нервно сжимаю подол в руках, намереваясь вернуться в комнату и не высовываться. Дан поднимается ко мне до середины пролета, останавливаясь на ступень ниже. Наши лица на одном уровне. Его рука в черной перчатке раскрыта ладонью вверх. На нем черный фрак с выглядывающей из-под него белой рубашкой. Сердце делает кувырок. Вкладываю свою руку в его.

В этот момент мне кажется, что мы одни и никого вокруг. Он помогает мне сойти с лестницы, а после берет за руку. Делаю глубокий вдох, прежде чем войти в зал, полный студентов и гостей. Разговоры замолкают. Взгляды обращены к нам. Вздохи восхищения разносятся по залу. Судорожно сжимаю рукав фрака, когда сердце готово выпрыгнуть из груди.

Стою ровно, как натянутая струна, и почти не дышу. Из толпы к нам спешат Аюна и Айдо, из холла – Виверн. Аюна беспокойно приглаживает подол своего платья. Виверн и Айдо одеты во фраки темно-синего и серебристого цвета.

– Ты сегодня очень красивая, Аюна, – робеет Виверн. Подруга убирает несуществующую прядь волос за ухо, когда друг продолжает, почесывая затылок. – То есть, не только сегодня. Ты всегда красивая. Просто сегодня особенно красивая.