Книга Слепой отбор. Тень для Лунного дракона, страница 37 – Елена Соловьева

— Совсем забыла об этом, — не соврала я, прижимая ладони к горящим от стыда щекам.

— Не страшно, принцесса, я помогу вам, — пообещал Ярон.

Я не видела, что именно он сделал, но уловила всплеск магии. Сразу после этого солнце стало припекать не так сильно — наверное, Советник раскинул над нами защитный полог.

— Спасибо, — поблагодарила я, все еще мысленно ругая себя за неосмотрительность. Надо думать не о собственных чувствах, а о деле. О том,как выиграть отбор или заполучить лунный камень другим способом. — Вы в который раз помогаете мне. Но почему?

В ауре Ярона промелькнуло и тут же исчезло волнение.

— Я поклялся найти для повелителя лучшую жену, — проговорил он, как будто тоже вспомнив о долге. — И сделаю это. Вы, Илона, одна из фавориток отбора. Вам это известно?

Я замешкалась с ответом.

Да, принцесса безумно красива, умна и добра. Но хватит ли мне сил достойно представить ее на всех этапах отбора?

— Не уверена, — вздохнула я. — Но хочу в это верить.

Ярон несколько минут молчал, а после задал новый вопрос, который поставил меня в тупик:

— Вам нравится Михаэль Авертон?

Разве я могла сказать нет? Десять достойнейших принцесс бились за право стать женой повелителя Лунных драконов. О нем, этом могущественном маге, ходило множество легенд. Слышала,при его появлении многие девушки падали в обмороки, сраженные мужественной красотой. Но не это главное. Для меня — нет. Михаэль Авертон слыл мудрым и дальновидным правителем, который заботился о подданных. Мало повелителей могли похвастаться всенародной любовью и признанием.

— Для меня было бы честью стать парой для Михаэля, — проговорила я, придя к выводу, что это еще одна проверка. Все эти разговоры, подозрительные вопросы… Не иначе, как прямо сейчас, в эту самую минуту, проходит еще один этап отбора. Действительно, почему бы советнику, доверенному лицу повелителя, не поговорить с невестами с глазу на глаз. Устроить проверку, пока мы ее не ожидаем. — Он мудрый правитель, сильный маг и красивый мужчина.

К сожалению, такого ответа Ярону показалось недостаточно.

— Вы говорите общими фразами, принцесса, — заметил он, склоняя надо мной лицо. Непозволительно близко. — Но мне хотелось бы знать, ваше личное мнение. Вы могли бы влюбиться в Михаэля? Или уже сделали это?

Я невольно сглотнула.

Так речь зашла о любви?

Но что я могла рассказать об этом. Что знает о любви та, кого родители выбросили в младенчестве, как бракованную игрушку? Та, что столько лет провела в застенках монастыря, испытывая на себе всеобщую враждебность. Сначала меня презирали за слепоту, потом ненавидели из-за дара метаморфа. Да я и сама, признаться, не испытывала к себе ничего, кроме отвращения. Меня так долго убеждали, что метаморфы ―гадкие создания,не достойные даже имени, что, в конце концов, я приняла это как данность.

Так было не всегда…

В детстве я, как все сироты, мечтала о том, что когда-нибудь объявятся настоящие родители. Скажут, что искали меня долгие годы. Признаются, что любят, и заберут с собой. Нет, я не мечтала о том, что они окажутся королем и королевой. Мне было бы достаточно того, что они просто есть на свете. Что они любят и принимают меня со всеми недостатками.Такой, какая я есть. И не важно, будут они нищими попрошайками или ремесленниками, магами или обычными людьми. Любовь — это высший дар, превосходящий все остальные.