Книга Жених (дракон) по наследству, страница 37 – Римма Кульгильдина

Как я зол! Неимоверно! Неистово! Ещё никому не доводилось вывести меня из себя! А тут! Какой-то маленький кричащий комок сделал это за пять неполных минут!

Раздражённо встряхнул мокрыми руками и ещё быстрее припустил по коридору. Влажная ткань брюк противно липла к ногам, стреноживая меня, словно коня. В туфлях хлюпало. В конце концов я остановился и скинул промокшую обувь. Схватил и двумя руками попеременно что есть силы запульнул вперёд. Стало немного легче внутри, но холоднее снаружи.

Мелкий засранец! Орал так, как будто я его утопить хотел, а не вымыть! Вместо благодарности, что не оставил лежать грязным! Нет, чтобы молча сносить превратности судьбы, как подобает дракону! Пусть даже ненастоящему! Я же терплю, не жалуюсь, хотя мог бы тоже орать, как оглашенный! А он же ещё и вонял, как тысяча скунсов!

Кажется, от меня теперь воняет так же ужасно. Поднёс пальцы к носу и принюхался. Ой, фу-у! Меня аж передёрнуло от отвращения. Руки пахли не мылом.

Надеюсь, настоящие дети не такие ужасные, как эти тамагочи…

Стоп!

Остановился как вкопанный, словно налетел на невидимую стену. Поводил глазами из стороны в сторону, прислушиваясь к себе. Переступил босыми ногами по каменному полу. Холод щипал за пятки, и останавливаться на одном месте было немыслимо. Потянул носом, раздувая ноздри. В желудке противно задрожало и это состояние возникло не от голода.

Я – что? Только что подумал про настоящих детей?! Я?! Филеорт из клана белых драконов, известнейший ловелас Многомирья? Реально только что подумал про настоящих детей?!

Помотал головой. Длинные мокрые пряди шлёпали по лицу и только ещё больше раздражали. Зачесав их пятернёй, подошёл к стене и тихонько побился лбом об деревянные панели. Прижался с ним щекой, закрыв глаза, и внезапно почувствовал, как будто внутри что-то оборвалось. Противное чувство падения, когда не можешь распахнуть крылья. Не выдержал. Заорал от безысходности и рубанул по стене кулаком так, что содрал кожу с костяшек.

– Ар-р-р-р!

Рванул и бегом преодолел последние метры до своей комнаты. Пинком распахнул дверь. На ходу стянул штаны, попрыгав на одной ноге. Запульнул их в одну сторону, бельё в другую и нагишом влетел в ванную комнату. Выкрутил кран на полную мощность и встал подупругие обжигающие струи воды. Закрыв глаза, запрокинул голову, ловя ртом капли. Зашипел от резкой боли в содранных костяшках и упёрся повреждённой рукой в стену.

– Чёртов амулет! Чёртовы правила! Ненавижу! Не-на-ви-жу! – проорал, захлёбываясь водой.

Чувствовал себя пойманным в капкан, если такое сравнение подходит для дракона. Железные зубья многовековой воли амулета медленно и неотвратимо впивались в мою душу. А ведь я хотел соскочить. Обмануть систему. Я вовсе не собирался менять свою жизнь. Меня всё устраивало! Только сейчас до меня стало доходить, что ритуальные испытания не развлечение на потеху публики. Их цель в другом! В приручении. Это понимание выворачивало меня наизнанку. Как же мне тошно!

– Нет, – твёрдо сказал сам себе и выключил воду.

Вытираясь на ходу, вышел из душного жара ванной комнаты в прохладу спальни и впервые не испытал резкой боли от смены температуры. Может, Замок всё же сжалился надо мной? Хотя с чего бы…

Вытирая волосы полотенцем, подошёл к широкому окну. Любимый парк, в котором прошло весёлое детство, ничуть не изменился. Всё те же ухоженные дорожки. Подстриженные кусты. Ветвистые деревья растут так, что по ним очень удобно лазить и прятаться в густой кроне. Петляющий спуск к воде. Вот бы выйти сейчас на балкон, разбежаться и, взмахнув крыльями, полететь. Сделать победный крюк над Замком и, разорвав крыльями реальность этого мира, улететь куда-нибудь подальше. И никогда не возвращаться.