Книга Вторая жена господина Нордена. Книга 2, страница 9 – Катя Лакруа

Служанка, по обыкновению бесшумно, прошла в кабинет и посмотрела на пустую чашку у меня в руках.

— Принести ещё? — Нэйлия кивнула на чашку.

— Нет, спасибо. — Я жестом показал служанке на кресло. — Присядь, Нэйлия, есть разговор.

Нэйлия никогда не задаёт лишних вопросов и без дела не высказывается. Вот и сейчас молча выполнила мою просьбу.

— Что там делает супруга? — спросил я, выпрямившись вкресле.

— Попросила воды и ушла к себе, — отчиталась Нэйлия, устроившись на краешке кресла и сложив руки на коленях. — Полагаю, уже спит: света в комнате нет. Да и вид у госпожи был усталый.

— Помнишь, я говорил тебе, что за ней нужно будет внимательно наблюдать?

Служанка кивнула.

— Так вот, теперь всё ещё больше осложнилось. Она не хотела выходить за меня и зачем-то пошла на болота. Как мне сказали, именно там потеряла память, но подозреваю, что дело тут в каком-то ментальном вмешательстве. — Я снова взял карандаш и принялся не глядя чертить линии на копии допроса. — Потому что она не только ничего не помнит — совсем ничего, даже об обычаях и традициях, — но и сильно изменилась. Будто другой человек. Я непременно выясню, в чём тут дело, однако ты пока внимательно за ней наблюдай и докладывай мне обо всех странностях, которые заметишь.

— Слушаюсь, господин Адриэн. — Нэйлия слегка наклонила голову и поправила рукав платья. — Вам сегодня ещё что-то от меня нужно?

— Нет, можешь идти к себе. Завтра всё как обычно по понедельникам.

Нэйлия снова кивнула, встала и взяла мою чашку. Потом посмотрела на полку, где стоит отвёрнутая рамка с фотоснимком, и едва заметно вздохнула.

— Спокойной ночи, Нэйлия, — первым сказал я. — Спасибо, что задержалась сегодня и помогла госпоже Элианне.

— Не обижайте меня благодарностью за очевидное. — Нэйлия оторвала взгляд от рамки и поджала губы. — Спокойной ночи, господин Адриэн.

И, развернувшись, вышла из комнаты. Её тихие шаги вскоре затихли, а пару минут спустя негромко щёлкнул замок входной двери: Нэйлия удалилась к себе во флигель.

Я вздохнул, привстал и взял с полки рамку. Не стоило, конечно, особенно в такой день, но руки словно сами собой потянулись к карточке. Повернув рамку лицом, вгляделся в снимок. День нашей с Линарой свадьбы. Фотографу удалось поймать очень живой момент.

Улыбающиеся родители — отец чинно обнимает маму за плечи, Дэрин с Орнеллой, тогда ещё только помолвленные, явно до этого дурачились, потому что Орни уткнулась жениху в плечо, пытаясь не смеяться. Господин и госпожа Тайрис, как и мои родители, смотрят строго в камеру, и вид у них растроганный. Мы с Линой стоим между родными, обнявшись. Я смотрю на фотографа, а Лина — на меня.

От нежности в этом взгляде сердце, как всегда,пронзило болью, и я снова отвернул рамку.

— Прости меня, родная, — прошептал я. — Ты знаешь, что я тебя никогда не предам, и ни одна женщина не займёт твоё место. Но так нужно.

Полина

Я открыла глаза и какое-то время лежала, прислушиваясь к звукам и ощущениям. За окном весело щебетали птицы, в щель между плотными шторами пробивался солнечный луч. В доме — полнейшая тишина. Интересно, муж сегодня работает? И сколько сейчас времени? Привстав на локтях, я осмотрелась. Ага, да вот же будильник, прямо на прикроватной тумбе. Без четверти двенадцать⁈ Ничего себе! А спать всё равно хочется.