Онлайн книга «Стигма»
|
Мне показалось, что это чувство кричит, разрывает грудь когтями, причиняет себе боль, а затем изливается на меня. Я ничего не смогла сделать, когда в следующий момент Андрас схватил куртку и ушел. Я только слышала, как его шаги эхом отдавались за стеной, а затем дверь захлопнулась с таким грохотом, что затрещала на петлях. Но его присутствие все еще ощущалось. Им пахли простыни. И я… я не могла понять, что, черт возьми, произошло. 21. В сумеречном свете «Я не хочу любить», – сказало небо. «Не хочешь?» – переспросил голос. «Нет. Не желаю, чтобы что-то меня омрачало, тем более чувства. Оставь меня лазурным и прекрасным». «Да будет так, – ответил голос. – Ты не будешь страдать, не замерзнешь в стужу, не расколешься в грозу, и в тебе будет вечно сиять солнце. Но ты никогда не увидишь ни восходов, ни закатов, ни радуги, ни великих затмений; не полюбуешься красотой ночи, не познаешь пугающего очарования северного сияния. Ты будешь безмятежным. Лазурным и безоблачным. Навсегда останешься безупречно прекрасным. И безжизненным». Благодарность – маленькое мерзкое семечко в почве души. Она прорастает, пускает корешки, и от нее невозможно избавиться. Иногда она заставляет тебя чувствовать себя несчастной дурочкой, насмехается над тобой, насылая приступы прекраснодушия и заставляя периодически задумываться, не виновата ли ты в чем-нибудь. В моем случае даже больше, чем в чем-нибудь. С того дня я ни разу не видела Андраса. Не встречала его ни в клубе, ни в доме, что было удивительно, учитывая, как часто я с ним сталкивалась раньше. Не избегал ли он меня намеренно? Через некоторое время я пришла к выводу, что, вероятно, так оно и есть. Мне следовало бы обрадоваться. По крайней мере, почувствовать облегчение, ведь именно этого я всегда и хотела. Но в этот раз… Воспоминания о его языке, руках, о том, как он двигался подо мной, вызывали желание вцепиться зубами в подушку и закричать. Мне хотелось искусать себе руки, содрать с себя кожу, еще хранившую его запах, а затем крепко прижать к себе, чтобы снова терзаться, вдыхая его аромат. Мне хотелось стереть его аромат отбеливателем. Каждую ночь в голове крутился бесконечный фильм, и я снова и снова переживала те мгновения. Больше всего мне хотелось забыть, как он на меня посмотрел, уходя. Однако это семечко все равно проросло в моем хаосе. Как я ни старалась, не могла выкинуть из головы события того дня. Он отнес меня в спальню, он остался со мной на ночь, он купил мне лекарство и не хотел в этом признаваться. Ключ от моего сердца был только у одного человека – у женщины с ультрамариновыми глазами, доброй душой и такой же улыбкой, как у меня. И он не только загородил меня от нее, когда я была слишком шокирована, чтобы отреагировать, но и позвонил Сергею, чтобы тот забрал ее, отвез обратно в центр и передал докторам. «Если бы я рассказала тебе обо всех случаях, когда он тебе помог…» Почему? – О, доброе утро, дорогая! Вынырнув из раздумий, я крепче сжала сверток, который держала в руке, и подняла голову. От холода у меня покраснел нос и слезились глаза. Потребовалось некоторое время, чтобы в свете позднего утра узнать в пожилой женщине, закутанной в толстый шерстяной шарф, Кармен. – Доброе утро, Кармен. С сочельником! |