Книга Творец слез, страница 115 – Эрин Дум

– Забудь об этом, – еле слышно, словно гипнотизируя, прошептал он.

Казалось, я ничего не слышала, кроме этого шепота, текущего по моим венам.

– Ты должна об этом забыть.

Я пыталась понять, почему искорка горечи проблеснула в его глазах, но не смогла.

Две черные бездны грозили ураганами и грозами, опасностями и запретами, но желание вглядываться в них возрастало во мне. Сердце забилось быстрее, когда в голове промелькнула пугающая мысль: заблудиться в лесу означало в конце концов найти дорогу, но потеряться в чувствах волка – потерять ее навсегда.

Так почему стремилась прикоснуться к его миру и понять его? Почему я не хотела ничего забывать? Почему в его глазах я видела галактики, а в его одиночестве чувствовала душу, к которой следует прикасаться с осторожностью?

Через мгновение я поняла, что его рука больше не касается моего лица.

Когда Ригель успел отойти к столу? Он взял учебник и сжал его так, что костяшки пальцев побелели, а потом вышел из комнаты. Ригель убегал. В очередной раз.

Ну и ну… Получается, мы поменялись местами? И давно он убегает от меня?

«Всегда, – шептал в голове тихий голос, – он всегда убегал от тебя».Возможно, это был голос зарождавшегося во мне безумия. А как еще объяснить мое поведение, когда вопреки запретам и здравому рассудку я собралась с духом и побежала вслед за ним?

– Ригель!

Я шла за ним по коридору, упрямо желая быть услышанной. Ригель бросил на меня недовольный взгляд и даже не остановился. Его походка выдавала твердую решимость отделаться от меня.

– Пожалуйста, остановись! Я хочу поговорить…

– О чем?

Ригель наконец остановился и повернулся ко мне. Он выглядел напряженным, почти напуганным.

О тебе, хотелось мне ответить, но я сдержалась, наверное, потому, что начинала приходить в себя. Стало понятно, что Ригель остался таким же отчужденным и недоверчивым, как дикий зверь, и на прямые столкновения реагировал агрессивно.

– Ты никогда не отвечаешь на мои вопросы, – сказала я, решив зайти с другой стороны, – почему?

Я надеялась вызвать его на разговор, но сообразила, что ничего не получится, ведь его взгляд снова ускользнул от меня. Глаза Ригеля выдавали состояние его души, они оказались единственной чистой поверхностью, под которой он не мог спрятаться. Черные, как чернила, но в их глубинах сиял свет, который мало кому удавалось разглядеть. И когда он продолжил идти по коридору, мне захотелось рвануться вслед за ним и повиснуть на его руке, чтобы остановить.

– Потому что мои ответы тебя не касаются, – пробормотал он еле слышно.

– Все было бы иначе, если бы ты… позволил мне понять тебя.

Возможно, я зашла слишком далеко, но зато получила то, на что надеялась: Ригель остановился. Казалось, он прислушивался к каждому моему шагу, пока я медленно приближалась к нему. Он повернулся и наконец посмотрел мне в глаза. То, как он смотрел на меня, напомнило мне картинку из детской книжки про охотника и его добычу: Ригель – добыча, а я – охотник, наставивший на него ружье.

– Я хочу понять тебя, но ты не даешь мне. – Я неотрывно смотрела ему в глаза, стараясь не показывать свою грусть. – Знаю, ты ненавидишь, когда суют нос в твои дела. И ты не из тех, кто откровенничает. Но если бы ты попробовал открыться, возможно, мир показался бы тебе светлее. Какая польза от одиночества? Доверять кому-то – это совсем не плохо.