Книга Заклинатель снега, страница 79 – Эрин Дум

Я чувствовала его крепкое тело, спокойную уверенность и надежность его рук. Тепло его тела окутало меня коконом, заглушая любые протесты. Мейсон нес меня на руках в комнату.Мне хотелось вывернуться, убежать от этого парня, который беззастенчиво пробирался в мое сердце, но у меня не было сил.

Шаг за шагом я обдумывала каждое слово, каждый наш поединок… С самого начала было ясно: для меня это проигранная война. Он всегда побеждал. А теперь, когда цель изменилась, когда больше всего на свете мне хотелось завоевать его взгляд или улыбку, у меня не было шансов.

Мне нравились его дерзость, внутренняя сила, то, что он с первой минуты не смотрел на меня с жалостью, не обращался со мной как с куклой, которая вот-вот развалится на части.

Мейсон как будто видел, какая я есть, и не замечал моей боли. И возможно, именно в этом и было мое спасение. Кричать, выпускать пар, распоясываться, давать голос хаосу внутри меня, не становясь при этом себе чужой.

С ним я смогла быть собой. И каким-то образом это все изменило.

Я наморщила лоб, огорченная своим открытием. Лучше, конечно, оттолкнуть его, но вместо этого я прислонила голову к его теплой груди и прикрыла глаза. Ровный стук его сердца коснулся уха. Мне хотелось забраться к нему под кожу, погрузиться в него и слиться с этим звуком. Хотелось пройтись по его мыслям, рассмотреть грани его души, найти место, где обитают преданность и искренность, о которой говорили его друзья. Позволит ли он мне когда-нибудь прикоснуться к своей душе?..

Мир перестал танцевать. Мы остановились. Немного ошеломленная, я вернулась в реальность и увидела свою комнату. Здесь все было без изменений: кровать, шкаф, коробки… Но когда я увидела наше отражение в зеркале, меня как будто окатили холодной водой из ведра.

У Мейсона было потрясенное лицо, его губы приоткрылись. Он смотрел на меня. На ту, которая прижалась к нему так, будто хотела ему принадлежать. На ту, чья рука лежала у него на груди, как будто хотела дотронуться до сердца.

Я выскользнула из его рук и отпрянула, а Мейсон в недоумении смотрел на меня.

– Что с тобой? – Он сделал ко мне шаг, но я отскочила, как обожженная.

– Ничего.

Я видела, как он нахмурился и снова шагнул ко мне, сбитый с толку, и мое сердце взмолилось.

– Не подходи ближе!

Я сказала это вслух и слишком громко. Мейсон остолбенел. В его глазах плескалось смятение. Во мне бурлили неуправляемые эмоции, я боялась, что он все поймет, а значит, станет насмехаться и унижать меня. Я оттолкнула его, потому что не знала другого способа себя защитить. Надеясь, что Мейсон не замечает, как сильно меня трясет, я выпалила:

– Не… не подходи ближе! Мне не нужна твоя помощь.

И сразу пожалела об этих словах, но было поздно.

Словно в замедленной съемке, я видела, как меняется Мейсон. Изумление исчезло с его лица, протянутая ко мне рука медленно опустилась. А глаза… Я смотрела в них и видела обиду и неприязнь – чувства, на которые наталкивалась уже так много раз. Было и что-то еще – скрытое, утонувшее в глубине его красивых радужек. Но я не смогла понять что.

Не говоря ни слова, Мейсон повернулся и ушел. А я осталась стоять посередине комнаты. Но это было не самое худшее. Самое ужасное, что я сказала ему те же самые слова, которые недавно ранили меня саму.