Книга Излечи мою душу, страница 149 – Кэрри Лейтон

Он убрал руку из моих трусиков, оставляя меня жаждущей и неудовлетворенной. Я ошеломленно поморгала и медленно выпрямилась. Дыхание все еще было рваным.

Томас резко развернул меня к себе. Я заметила его затуманенные глаза, наполненные мучительным желанием, которое он вынужденно подавлял. Он взял меня за подбородок и сказал:

– В следующий раз, когда ты позволишь мне вот так прикоснуться к тебе, я обязательно заставлю тебя выкрикнуть мое имя так громко, что потом ты уже ничего не сможешь сказать.

Затаив дыхание, я наблюдала, как он старательно прячет возбужденный член в джинсы и покидает кладовую.

Как я попала в эту ситуацию? Как опять позволила Томасу развести меня, как глупую марионетку? Он снова почуял мою слабость и бесцеремонно ею воспользовался.

Разочаровавшись в себе, я стекла на пол.

Вскоре Томас вернулся и встал в дверном проеме, перекрывая свет с верхнего этажа. Я спрятала лицо руками.

– Почему ты не выходишь?

То, с каким спокойствием он задал этот вопрос, действовало на нервы.

– Почему? – спросила я, все еще задыхаясь; щеки мои пылали. – Объясни мне, о чем, черт возьми, ты думал? Зачем ты это сделал? Чего добивался?

Томас изумился, переступил порог и вошел в кладовую, закрыв за собой дверь.

– Ничего я не добивался. Я сделал то, что давно хотел сделать. – Он коварно прищурился и добавил после небольшой паузы: – Мы оба хотели.

– А как же дружеские границы? Или все эти «я хочу быть твоим другом», «я эгоистичный ублюдок, но с тобой все иначе» – всего лишь ложь?

Он расправил плечи, сжал губы и пристально посмотрел на меня.

– Ты вроде бы не сопротивлялась.

– Не надо так со мной обращаться, – я сжала кулаки, борясь с собой. – С кем, по-твоему, ты имеешь дело, Томас? Ты целуешься с другой на моих глазах, а через двадцать минут лезешь ко мне в трусы! Разве это говорит об уважении ко мне?

– Никого я не целовал. Это был просто глупый засос, а вот ты поцеловала своего друга! Ты позволила мне залезть к тебе в трусики. И, если бы нас не прервали, ты бы разрешила трахнуть тебя здесь. Вместо того чтобы злиться на меня за то, что я делаю то, что хочу, злись на себя за то, что продолжаешь этот гребаный спектакль, – выпалил Томас, вены его пульсировали.

Я нахмурилась.

– О каком спектакле ты говоришь?

– Тебя тянет ко мне так же сильно, как и меня к тебе, но по какой-то неизвестной причине ты сдерживаешь себя. Ты позволяешь клиентам в баре прикасаться к тебе, чтобы получить чаевые; ты разрешаешь первому попавшемуся уроду, который строит тебе глазки и делает парочку комплиментов, прижать тебя к стене на задворках паба; ты целуешь своего лучшего друга… Но если я так поступаю, то я кусок дерьма, верно?

Определенно! Потому что никто не способен разорвать меня в клочья одним словом, как это получается у тебя, идиот!

– Дело не в этом, – прошептала я.

– Тогда в чем?

– Неважно.

– Скажи мне.

Томас шагнул ближе.

– Тебе напомнить, что случилось в последний раз, когда я раскрылась перед тобой? Ты заставил меня почувствовать себя такой жалкой, что мне стало стыдно. Я не позволю этому повториться. Мы с тобой хотим разных вещей. Я хочу стабильности, ты – свободы. Я хочу отношений, а ты избегаешь любой ответственности. Я все понимаю, и меня это устраивает, но выкинь из головы мысль, что ты можешь использовать меня как одно из своих хобби.