Книга Синдром тьмы, страница 131 – Рокиа

– Но у меня нет ничего от тебя, ничего королевского. Только голоса и проклятие ведьмы.

Отец поднял ее и посадил себе на колени. Маленькая Сиа робко смотрела на него, она не понимала, как может быть потомком короля. В ней не было света, она не знала, как излучать тепло.

– В тебе есть королевское милосердие.

– Что такое милосердие? – Она произнесла это слово почти по слогам.

– Это волшебная способность, которая побеждает голоса и проклятия. Она позволяет видеть боль других. Помнишь птичку со сломанным крылом?

– Ту, которую я избавила от страданий? – спросила она.

– Именно. Чтобы проявить милосердие, ты должна увидеть боль, нельзя просто вообразить ее. Тебе пришлось бы сломать крыло, чтобы понять это.

– И как же проявлять милосердие?

– Нужно поступить так, как ты бы хотела, чтобы поступили с тобой. Когда тебе плохо, когда голоса кричат и царапаются, так что у тебя болит голова, что бы ты хотела, чтобы другие сделали для тебя?

Этот вопрос, кажется, застал ее врасплох.

– Я бы хотела… хотела, чтобы меня не боялись и еще… – она замерла и почти со страхом опустила голову.

– И еще?

– И еще я бы хотела, чтобы сделали так, – она взяла руку отца и положила себе на голову.

В этот момент отец ощутил угасающий свет в душе дочери. Она была напугана своими собственными поступками и измучена страхом, с которым другие смотрели на нее. Она хотела, чтобы ее просто приголубили. Это ее успокаивало, возможно потому, что с самого ее рождения отец нежно гладил ее по голове, и в такие момент все зло исчезало.

– Одно твое слово – и я всегда сделаю это для тебя. Обещаю.

На лице Сии появилась сияющая улыбка, редко касавшаяся ее губ. Сердце Джейкоба сильно забилось. Как возможно, что улыбка его дочери излучала всю красоту этого мира?

* * *

С того дня Джейкоб начал писать свои собственные сказки, чтобы поддержать дочь, которая потянулась к свету и надежде. Он писал на пустых страницах в конце книги, каждый вечер он с удовольствием придумывал очередную историю.

Но, как предрекали сказки ведьмы, король был убит ею.

Однажды вечером за ужином Иления подмешала в еду мужа странные капли из черного пузырька, который она прятала за микроволновкой.

– Ешьте, приятного аппетита, – улыбнулась Иления.

Она предвкушала момент, когда наконец эта нервотрепка закончится. Король хотел изменить ее сущность, подавить ее. Она не могла этого допустить и уж тем более не могла позволить, чтобы дочь изменила свой путь из-за королевского милосердия.

Она смотрела, как Джейкоб гладит дочь по щеке, чтобы она спокойно поела.

– Завтра я напишу тебе еще одну сказку, хорошо? – спросил Джейкоб у маленькой Сии.

– Да, папа.

Связь между ними становилась все крепче, и это угрожало уничтожить тьму ревнивой и аморальной матери.

– Дай-ка подумать… какую историю ты хочешь на этот раз?

Нежность Джейкоба к дочери становилась помехой. У малышки радостно загорались глаза при разговорах с ним. Иления сжала в руках бокал с вином, она не могла больше выносить голос мужа и тепло, исходящее от короля.

Когда лицо мужчины начало бледнеть, она успокоилась. Наконец-то яд начал действовать. Джейкоб отпил воды из стакана, чтобы унять сильную боль в груди, но это не помогло. Его зрение затуманилось, он раскашлялся, изо рта потекла кровь, испачкав руку. Он согнулся пополам от сильного кашля, и кровь, вылетевшая из его горла, окрасила белые розы, которыми Иления украсила центр стола.