Книга Одержимость, страница 169 – Х. С. Долорес

Адриан возвращается к клитору, и по мне пробегает еще одна дрожь удовольствия.

Мышцы напрягаются, внизу живота еще туже закручивается раскаленная спираль.

– Пожалуйста.

Дергаю его за кудри, силясь вспомнить, когда вообще успела запустить в них пальцы.

Адриан безжалостен, он облизывает и посасывает мой клитор так, будто собирается целиком поглотить его, поглотить меня,но вдруг поднимает на меня взгляд темных глаз, которые тонут в желании, и, если бы у меня сейчас был фотоаппарат, если бы я могла остановить это мгновение, я осталась бы здесь, на этой грани, с ним.

Вместо этого я разлетаюсь на осколки.

Неожиданно все тело скручивает спазм, ноги начинают трястись, и накатывает наслаждение такой силы, что я не могу вздохнуть.

Но он не останавливается, неутомимо вылизывая и выпивая все, что может дать ему моя чувствительная плоть.

– Адриан, – выдыхаю.

Он хмыкает, кудри щекочут мне бедра.

– Милая, ты же не думаешь, что мы закончили? – мурлычет он. – Ты самое восхитительное, что я когда-либо пробовал. И я еще не насытился тобой.

А потом я чувствую это.

Одним пальцем он скользит по складочкам входа, одновременно накрывая ртом все еще пульсирующий чувствительный клитор, и я вздрагиваю, выгибая бедра.

Одним пальцем проникает внутрь, а я теряю себя, сжимаясь вокруг него. Во мне никогда не было ничьих пальцев, а у него они такие длинные, ловкие, будто созданные для игры на гитаре, или фортепиано, или еще каком-то музыкальном инструменте.

Полагаю, именно этимон сейчас и занят – играет на моем теле, как на струнах, извлекая из меня стоны, словно музыку.

Я так сконцентрирована на том, что делает его рот, что не сразу замечаю, что вторым пальцем он ласкал вход, и, только когда Адриан проникает им внутрь, возникает немного болезненный дискомфорт.

– Я…

– Все хорошо. – Его голос – тихий успокаивающий бархат, скользящий по моей чувствительной коже. – Ты справишься, детка.

И может, потому, что его рот все еще высекает из меня искры наслаждения, а возможно, потому, что не хочу его разочаровывать, я действительно справляюсь.

Я медленно растягиваюсь вокруг его пальцев, внутри разливается тепло, а вместе с ним нарастает давление.

– Ты только взгляни на себя. Какая ты у меня хорошая девочка.

Он хвалил меня и раньше, и даже этимиже словами, но, похоже, сегодня мое тело особенно отзывчиво на его похвалу.

Горячая спираль снова закручивается внизу живота.

Его пальцы чертовски хороши, его рот чертовски хорош, и я тоже хочу быть для него хорошей. Я хочу, хочу этого,хочу…

Снова меня накрывает волной наслаждения, еще интенсивнее, еще чувствительнее.

Господь всемогущий.

Когда дрожь отступает, ноги становятся ватными. Адриан поднимает голову и убирает пальцы, и мне кажется, от одного его вида у меня заканчивается последний воздух в легких.

Так прекрасен.

Благодаря мне кудри у него всклокочены, губы распухли, а вся нижняя половина лица блестит от… ну, от меня.

Но он довольно улыбается, как хищник, который только что поймал и сожрал свою добычу, и потом – как будто эта картинка недостаточно эротична – вылизываетдочиста свои пальцы.

Тепло снова приливает к низу живота.

– Детка, мне кажется, я мог бы провести весь день у тебя между ног.

«Так и сделай»,– шепчет что-то внутри меня, но мне нечем дышать, и все, на что я способна, – только тихо постанывать.