Книга Одержимость, страница 71 – Х. С. Долорес

Но Адриан не улыбается вовсе.

Вместо этого я натыкаюсь на тот же взгляд, что и в закусочной, – заинтересованный, изучающий.

Я понятия не имею, как на это реагировать. Знаю одно: мне нужно держаться от него как можно дальше.

А потому откашливаюсь и отступаю на несколько шагов назад.

– Я чувствую себя намного лучше. Серьезно. Спасибо. Теперь точно готова к уроку.

Адриан кивает, но взгляд не меняется.

– Отлично. Тогда начнем.

* * *

Адриан оказался строгим учителем.

Похвалы от него не дождешься (не то чтобы я жаловалась после того, что произошло раньше), зато критики – хоть отбавляй. Мало просто правильно выполнять движения – я должна делать это идеально. Он зациклен на мелочах, добиваясь того, чтобы моя техника отточилась до совершенства. И чем дольше я с ним, тем больше начинаю его понимать.

Потому что мелочи на самом делеважны.

Не всегда и не везде, но в живописи – точно. Одна неверная линия, один мазок краски не того оттенка – и вся работа в течение долгих часов насмарку.

Все дело в том, что у меня нет такого медлительного и нерадивого ученика, которого я могла бы бесить своим особо изощренным перфекционизмом.

Хотя, думаю, Адриана мне не превзойти. Всего за час я научилась правильно работать ногами, грести под прямым углом, правильно дышать и держаться на воде. И все это на глубине в полтора метра.

– Думаю, теперь ты готова плыть по-настоящему, – наконец заявляет Адриан.

К этому моменту я в совершенстве освоила искусство грести руками и одновременно двигать ногами, а он отошел к бортику – достаточно близко, чтобы можно было протянуть руку и подкорректировать, если нужно, мои движения, но не настолько, чтобы долетали брызги.

Я останавливаюсь и с недоумением смотрю на него.

– А мне казалось, я ужеплыву. Ты учил меня плавать кролем. – По крайней мере, я так думаю. Те десять минут лекции о стилях плавания я больше следила за каплями воды, стекающими по мышцам его груди, чем слушала его.

– Ты научилась движениямкроля, а настоящее плавание – это передвижение.От одного конца бассейна до другого.

Я пожимаю плечами.

– Ага. Ладно. Это я смогу. Просто проплыву на глубине от метра до полутора.

Адриан качает головой.

– Если хочешь отработать технику, тебе нужно больше.

Сердце уходит в пятки.

– Ну нет, – твердо заявляю я, нисколько не колеблясь. – Мы договорились. Не больше полутора метров. Дальше я не поплыву. – Я поворачиваю голову направо. – Мы не можем убрать эти разделители? Я могу поплавать от одного бортика до другого и остаться на мелководье. – Даже еще не задав вопроса, уже знаю ответ. Эти разделители дорожек, скорее всего, намертво прикручены к стенкам бассейна.

– А я-то думал, ты победила свой страх перед водой.

– Я победила. Просто… – Я бросаю затравленный взгляд на глубокую часть бассейна.

– Ты не можешь вечно торчать в лягушатнике. В этом и был весь смысл. Тебе достаточно твоих навыков. Ты научилась плавать. Дело осталось за малым.

Я понимаю, что он прав. Но сама мысль о том, чтобы зависнуть над этой глубиной, превращает в пыль те крохи уверенности, которые появились у меня за последний час.

Можно, конечно, сдаться. Сказать ему, что на сегодня с меня хватит.

Но если я это сделаю, вряд ли когда-либо снова решусь вернуться в бассейн или любой другой водоем, чтобы закончить то, что начала сегодня.