Книга А что если?, страница 11 – Карен Понт

– Надо выгулять восемь собак, одной, боюсь, мне будет сложно.

Клодия, растопырив руки, как воздушный змей, с восемью шальными собаками на поводках, тотчас предстает у меня перед глазами. Мне хочется отказаться только ради того, чтобы заснять ее украдкой на телефон.

– Во сколько? Завтра после двенадцати у меня запись к стоматологу.

– Обычно мы выходим около десяти и возвращаемся через два часа. Ты успеешь. Кружок по парку – и домой.

Мне так же хочется вставать в субботу с утра пораньше, как курице стать наггетсами.

– Да, я смогу, можешь на меня рассчитывать.

Наггетсы-то хотя бы вкусные…

Клодия уже несколько лет волонтерит в приюте «Клыки & К». Я, конечно, иногда посмеиваюсь над ее причудами, но все же не могу не восхищаться ее вовлеченностью. У нее есть убеждения, и она выстраивает вокруг них свою жизнь.

Лично я не смогла бы отказаться даже от пальмового масла, ведь оно есть в «Нутелле». Так что привязывать себя к дереву в знак протеста против вырубки лесов – определенно не мое.

Ровно в десять, с двумя поводками в каждой руке, мы с собаками готовы к прогулке. Они хором лают, торопясь размять лапы вне вольеров.

Моя свора выглядит как минимум странно: бульдог, йоркшир, забавный метис с головой пуделя и телом чихуахуа и лабрадор.

– У меня едет крыша или пахнет мюнстерским сыром?

Сморщив нос, я направляюсь к источнику запаха – бульдожке, которую я назвала Мистингет.

– Ну да, это ты воняешь! Извини, красавица, но тебе никогда не найти приемную семью с таким запахом. Придется что-нибудь придумать.

Словно в подтверждение моих слов Мистингет поворачивает ко мне голову. С открытой пастью и свисающим языком она как будто мне улыбается. Невольно, даже не обращая внимания на вонь, я таю.

Я всегда очень любила собак. Безоговорочная любовь, никаких обид, в общем, все, чего недостает двуногим. Такой была Муна, думаю я, в который раз вспоминая бабушку. Человек-лабрадор, без присущего ему запаха колбасы.

Но странное дело, она предпочитала кошек, любовь которых еще надо заслужить. Трудности ее мотивировали. Она говорила, что, когда животное выбирает тебя и проникается к тебе доверием, ваша связь крепнет. И она восхищалась кошачьей независимостью. В сущности, она была невероятной помесью собаки и кошки, как бриошь на майонезе.

– Макс? Что с тобой? Ты где витаешь?

– Нет-нет, все в порядке. Я вспомнила бабушку. Ладно, пошли?

– Пошли.

Мы выходим из приюта и направляемся к ближайшему парку. Я иду быстрым шагом. Не потому что решила заняться спортом, чтобы сжечь вчерашние взбитые сливки, просто приходится поспевать за собаками, которые тянут поводки, они точно как дети у входа в Диснейленд. И буквально через несколько минут я уже на центральной аллее парка. Почему у нас не ездят на собаках? Отличный же способ передвижения. Погода сегодня хорошая, и я любуюсь клумбами с поздними цветами. Ну как любуюсь, скорее смотрю, как они проносятся мимо.

А потом в сотне метров впереди я что-то вижу. Кажется, это…

Ох. Боже. Мой.

Кролик.

Если бы мы снимались в фильме, этот момент мог быть в замедленной съемке. Оскаленные собачьи пасти. Мои округлившиеся глаза. Кролик, уши торчком, маленький белый хвостик замер.

Потом – снова нормальная скорость кадра.

В четверть секунды ситуация выходит из-под контроля. Собаки, должно быть, почуяли кролика (который, несомненно, почуял, что пахнет жареным) еще прежде, чем я его увидела. Изо всех своих сил (даже пудель-чихуахуа) они рвутся вперед и тащат меня за собой. Я перехожу с быстрой ходьбы на бег. Сжимаю кулаки изо всех сил, чтобы не выпустить поводки. Слышу, как Клодия вдали кудахчет мне в спину какой-то совет. Кажется, она говорит, чтобы я скомандовала им стоять. Как будто я сама об этом не подумала. Как будто они собираются слушаться.