Книга Правила игры, страница 114 – Джесса Уайлдер

Джекс закатил глаза.

– Если ты, черт возьми, будешь подлизываться ко мне, это тебя не спасет.

– Прости меня, Джекс. Я просто не могла никому рассказать. Мы все и так достаточно натерпелись.

Передо мной она извиняться не стала, поскольку все это время я активно избегал ее.

Джекс хмыкнул, после чего улыбнулся.

– Ты всегда можешь оставаться у меня, если будешь скучать по дому.

Никто из нас не говорил о том, что мы будто подсознательно прощаемся с частичкой Маркуса.

– Ты ведь имеешь в виду мой дом, – сказал я, пытаясь поднять всем настроение.

– Разве? Уверен, что мне понравилось бы жить с Пайпер, – ответил Джекс, и Пайпер хихикнула, сидя рядом со мной.

– Отвали, придурок.

Пайпер подавилась смехом.

– О, теперь не будешь считать мои оскорбления детскими?

Я ухмыльнулся.

– Будь уверена, что пусть я и дразнил тебя, но думал я совершенно иначе.

Она ударила меня по руке, и Джекс недовольно вздохнул.

– Никаких заигрываний в присутствии детей.

Настроение стало лучше на оставшуюся часть поездки, пока мы не свернули на ее улицу. Перед ее домом был припаркован грузовик, и все наши родители стояли на подъездной дорожке.

Мама Пайпер улыбнулась нам. У нее были такие же светлые волосы, как у Пайпер, но подстриженные в боб длиной до подбородка.

– Отлично, вся кавалерия здесь. Мальчики, я отметила для вас тяжелые коробки в гостиной. Пайпер, я ничего не трогала в твоей комнате на случай, если ты захочешь что-нибудь взять.

Несколько часов спустя я погрузил последнюю коробку из гостиной в грузовик и вытер пот с лица. Даже в морозную погоду мне уже становилось жарко. Миссис Адамс стояла на кухне, глядя в окно на задний двор, когда я подошел к ней.

– Внизу все перетащили. Куда идти дальше?

Она прочистила горло, прежде чем посмотреть на меня покрасневшими глазами, в которых пока не было слез. Я не мог представить, как им было тяжело весь прошедший год. Она понимающе посмотрела на меня и кивнула в сторону лестницы.

– Сходи проверь Пайпер.

Я поднялся по лестнице, переходя две ступеньки за раз, и направился в ее спальню, но замер, когда услышал ее приглушенный плач из коридора. Пайпер сидела на кровати Маркуса, держа на коленях один из его чемпионских трофеев.

Я сел рядом с ней и обнял ее за плечи, притягивая ее к себе. Рыдание вырвалось из ее горла, и я нежно погладил ее по спине. Через несколько секунд ее дыхание успокоилось, и я взял у нее трофей, который она держала.

– Я помню тот день, когда мы выиграли его. Он эффектно забил шайбу за пять секунд до конца игры. – Я погладил ее по руке и продолжил: – Он хвастался этим нескольких недель, и его было просто невозможно заткнуть.

Она издала смешок и забрала у меня трофей, проведя большим пальцем по его имени.

– Порой он был слишком самоуверенным.

– Он заслуживал его.

Я прижался головой к ее, и мы тихо сидели вместе, пока Джекс не вошел в комнату и не нахмурился в ту же секунду, когда встретился с ней глазами.

Джекс сел по другую сторону, крепко обняв ее, и его плечи затряслись от рыданий. Я встал и заключил его в объятия, когда у меня на глаза навернулись слезы.

Мы потеряли незаменимого для нас человека, но мы все еще были друг у друга.

Пайпер поднялась первой и в последний раз оглядела комнату.

– Не верится, что больше не вернусь сюда.