Книга Правило номер 5, страница 25 – Джесса Уайлдер

Я заметила Джекса, стоящего недалеко от библиотеки, и с трудом сглотнула. Боже, он был неотразим даже в свободном свитшоте, спортивных штанах и бейсболке. Он выглядел таким красивым и расслабленным, что я не могла отвести от него взгляда.

Как только он заметил меня, его лицо озарилось улыбкой. Его пристальный взгляд скользнул вниз по моему телу, а затем очень медленно вернулся обратно. При виде меня глаза Джекса потемнели, но они все равно казались немного растерянными.

Джекс пожал плечами, одарив меня мальчишеской улыбкой, от которой у него на лице появились ямочки. Именно тогда я заметила, что он держал в руках кофе. Мое сердце чуть не выпрыгнуло из груди.

– Это мне? – Я резко сцепила руки, еле сдерживаясь, чтобы не выхватить стакан.

– Да, и тебе привет, – протянув мне кофе, довольно произнес он.

– Ты не представляешь, как сильно он мне был нужен.

Серьезно, если он продолжит приносить мне кофе, я стану его главной фанаткой.

– Подумал, что тебе захочется кофе. Я занял нам столик в конце зала, – сказал он, кивая на него, и повел нас в глубь старой части библиотеки. Наш стол находился в углу зала, и здесь было максимально тихо для столь многолюдного места. Мы сели, и я быстро смешала кофе с сахаром и сливками.

Я сделала глоток, и звук наслаждения вырвался из моей груди. Идеально.

– Это лучшая благодарность, которую я получал за последнее время, – сказал он низким и хриплым голосом.

Я не стала зацикливаться на своих пылающих от жара щеках и открыла документ, который специально создала для наших занятий. Хотя в библиотечных стенах держать дистанцию было проще, от одной мысли, что мы только вдвоем, все ощущалось… совсем иначе. Я прокашлялась.

– Спасибо.

– Мне только в радость, – прервал Джекс мои мысли и озорно улыбнулся. Боже, неудивительно, что за ним бегают толпы девчонок.

Он облокотился на стол, удостоив меня небрежной улыбкой.

– Откуда ты?

– Решил, что сейчас самое время для светской беседы?

Его брови поползли вверх.

– Типа того.

Из меня вырвался смешок.

– Я выросла здесь.

Он взбодрился.

– Ого, правда? В какую школу ты ходила?

– Школа Сент-Клер.

– Ха! Я ходил в Сент-Ксавье. Мы надрали задницу вашей хоккейной команде.

– Повтори-ка? Мы выигрывали у местных команд все четыре года, что я там училась.

Джекс улыбнулся, и на его щеках появились красивые ямочки.

– Ваша команда жульничала.

Я рассмеялась.

– Не…

Джекс поднял руку, чтобы остановить меня от долгой тирады о том, почему нельзя обвинять другую команду в жульничестве только потому, что ваша проиграла.

– Так тебе правда нравится хоккей? Но не хоккей в колледже?

– О, я люблю ходить на хоккей в колледже.

– Но ты не узнала меня? – Кровь отхлынула от его лица, и он посмотрел на меня так, словно съел что-то кислое. – Подожди… Ты узнала меня, и все эти правила были всего лишь прикрытием, чтобы отшить меня?

Он снял кепку, провел рукой по своим и без того растрепанным волосам и вздохнул.

– Твою мать.

Я еле сдержала смех.

– Я просто не слежу за хоккейными матчами твоей команды. Я интересуюсь только своей любимой.

Брови Джекса сошлись на переносице, и его лицо стало серьезным.

– Какая команда, Сидни?

Он наклонился ближе, прожигая меня пристальным взглядом, отчего я заерзала на стуле. Мне не хотелось признаваться, за кого я болею.