Книга Ботфорты божьей коровки, страница 30 – Дарья Донцова

Маргарита отвернулась к окну и замолчала.

– Все так плохо? – тихо подала я голос.

– Младшая сестра – недобрая и завистливая. Увидит на ком-нибудь красивую вещь – прямо передернет ее. Если сделали крупную покупку, никогда Ире не сообщайте. Как только она услышит о приобретении, вмиг вам гадость организует. В школьные годы девочка ловко ссорила подруг, могла сделать им гадость. Майя Лукина и Тамара Пескова постоянно приходили к нам в гости. В выпускном классе у них мода в школе была – копеечные браслетики из бусин. Дети их собственноручно делали. Прибегает один раз к нам Майя, от восторга вся красная, показывает украшение. Ну, прямо как будто из жемчуга, да еще с какими-то золотыми камушками. Тамара с Ирой начали расспрашивать, где Лукина красоту взяла, а та откровенно рассказала, что у ее мамы порвалось ожерелье, которое ей муж привез из загранкомандировки. Бижутерия была очень хорошего качества, но случилась незадача. Все рассыпанные части собрать не удалось, и мать отдала дочке остатки.

Маргарита вздохнула.

– Через день Майя опять к нам пришла, но вся в слезах. Она пошла в школьный туалет, драгоценный свой браслетик перед этим сняла, спрятала в портфель. Вернулась, а украшение пропало. Одноклассники в один голос говорят: «Мы ничего не знаем». Ирина подругу домой к себе привела, утешала. Кто красоту спер? Так в тот день в гимназии и не выяснили.

Маргарита приподняла одну бровь.

– Вечером того же дня, когда заплаканная Лукина домой отправилась, я, как всегда, когда все спать легли, решила заняться помойкой. В примету, что нельзя выбрасывать мусор вечером, не верю. В квартире тишина, никто мне не мешает. Когда я только начала служить у Быковых, потащила ведро с отходами к баку. В обед дело было. Зима, гололед, я поскользнулась, упала, ведро уронила, мусор вывалился. Начала его назад запихивать, смотрю – кольцо! Наталья Петровна его постоянно носила. Каким образом оно в помойке оказалось? Загадка. Я стремглав домой, к хозяйке, говорю: «Вот, смотрите, что нашла!» А та в слезы: «Маргарита, дорогая! Я себе бутерброды сделала, поела, ушла в кабинет. Лишь тогда увидела, что нет украшения. Решила, что оно с пальца слетело в рабочей комнате, все обыскала. В голову не пришло, что в мусор попало. Я остаток сыра себе нарезала, а бумагу, в которой он лежал, скомкала. Наверное, в этот момент перстень сам и снялся». После того случая я помойку начала тщательно проверять. Расстелю на полу старую газету. Ведро вытряхну, все переберу, проверю. И ведь не зря так себя вела! Сколько раз столовые приборы находила! А в тот раз обнаружились бусины браслета Майи… Пусть вас не удивляет, что пустяковая бижутерия была очень значима для старшеклассниц. Соцсетей тогда не было, дети были детьми. Это сейчас школьники с малолетства во всех вопросах подкованы, требуют от родителей дорогие подарки, а в то время, когда Ира в выпускном классе училась, пустяковый браслетик был модной вещью… Вы же поняли, что случилось?

Я кивнула.

– Девочка украла у подруги украшение. Носить она его, по понятной причине, никак не могла, поэтому разорвала и выбросила.

– Да, – согласилась Ромина, – я тоже так решила… Зависть – страшное чувство!

– И как вы поступили? – поинтересовалась я.

– Освободила ведро, никому, включая Иру, ничего не сообщила. Сейчас думаю, следовало доложить, но не отцу с матерью, а деду, Ивану Александровичу. Родители могли просто посмеяться, а дедушка внучку точно ремнем бы выпорол. Это бы ее вразумило, и не выросло бы то, что выросло.