Книга Криминалист 5, страница 52 – Алим Тыналин

Камень пойдет в Швейцарию. К Хаасу. Через Риттера. Через адвоката. Через цепочку, выстроенную задолго до кражи.

Коннор планировал продажу одновременно с проникновением. Два параллельных процесса, техническая подготовка кражи и коммерческая подготовка сбыта. «Призрак» не просто вор. Он бизнесмен. Преступный, блестящий, безжалостно рациональный бизнесмен.

— Нужна координация со швейцарской полицией, — сказал я. — Федеральная полиция, Bundespolizei, в Берне. Если Хаас на территории Швейцарии, если камень отправится туда, без швейцарцев мы ничего не сделаем. Юрисдикция. Швейцария не экстрадирует по имущественным преступлениям без запроса через дипломатические каналы.

— Швейцарцы медлительны, — заметил Моро. — И осторожны. Банковская тайна, нейтралитет, репутация. Запрос нужно формулировать аккуратно.

— Через Интерпол?

— Через Интерпол и параллельно через Госдепартамент. Двойной канал. Швейцарцы уважают Интерпол, но быстрее реагируют на дипломатическое давление. Кэмпбелл может помочь.

Я повернулся к Дэйву.

— Найди Томпсона. Скажи, что у нас есть покупатель. Рудольф Хаас, Базель, Швейцария. Промышленник, тайный коллекционер. Связь установлена через информатора Скотленд-Ярда в Женеве. Посредник Риттер фигурирует в делах по хищениям. Мне нужно разрешение на международную операцию.

Дэйв быстро поднялся и вышел. Чувствовал, что дело сдвинулось.

Моро снял очки, протер и надел обратно. Посмотрел на Стивенса.

— Алан, ваш информатор. Он надежный?

— Работает на нас одиннадцать лет, — ответил Стивенс. — Ни разу не подвел.

— Этого достаточно.

Моро повернулсяко мне.

— Итан, логика такая. Коннор украл камень шестого августа. Вывез из Вашингтона, скорее всего в тот же день. Паспортный контроль на выезде из США минимальный, при вылете международных рейсов из Даллеса или Кеннеди документы проверяют поверхностно. Под поддельным паспортом, с бриллиантом в кармане, он мог сесть в любой самолет до Европы. Двенадцать часов, и он в Париже, Лондоне, Цюрихе.

— Но передача камня Хаасу еще не произошла, — сказал я. — Если бы произошла, Риттер не продолжал бы наводить справки через посредников.

— Откуда вы знаете, что он продолжает? — спросил Стивенс.

— Из вашего же телекса, — ответил я. — Последний абзац. Информатор упомянул, что Риттер на прошлой неделе запрашивал у женевского геммолога данные о спектрографических характеристиках голкондских алмазов. Спектрография нужна для подтверждения подлинности камня перед покупкой. Зачем запрашивать данные, если камень уже у Хааса?

Стивенс посмотрел на меня. Потом медленно кивнул.

— Логично.

— Так что передача еще впереди, — сказал я. — И это наш шанс.

Дверь открылась. Вошел Томпсон. Без сигары, без пиджака, в одной рубашке с закатанными рукавами.

Непривычно его так видеть, Томпсон всегда в парадной форме. Значит, торопился, Как только узнал, что у нас прорыв, выбежал из кабинета.

— Митчелл. — Томпсон сел во главу стола. — Дэйв говорит, у вас покупатель.

Я пересказал новости. Томпсон слушал, не перебивая. Пальцы правой руки лежали на столе, неподвижно, все пять.

Когда я закончил, настала пауза. Долгая, секунд на десять. Томпсон смотрел на карту Европы с цветными булавками.

Потом повернулся ко мне.

И я увидел на его лице нечто новое. Не скептицизм, привычный и тяжелый, как бетонная стена. Не раздражение, тоже привычное. Не усталость.