Онлайн книга «Искатель, 2007 № 02»
|
Это только кажется, что для отдыха нужны полная тишинд, покой и созерцание природы. Нам хорошо там, где мы привыкли. Только первые дни пустынная деревня умиляла Верочку. Еще и неделя не прошла, а ей, привыкшей к уличному гаму, к толчее и тысячам встречных глаз, вдруг стало неуютно. В середине дня, сама не зная зачем, Вера пошла на дальнюю окраину деревеньки Раково, где обитали оставшиеся еще местные жители. Ей просто захотелось познакомиться, увидеть новые лица, услышать новые голоса. За пять дней она успела подружиться с Натальей, даже полюбить ее. Они с таким удовольствием раскрывали друг другу душу, что почувствовали себя роднее самых близких родственников. Имя у старика было подходящее. Деревенское имя — Макар. Возможно, и отчество было такое же исконное, от земли, но узнать его так и не удалось. Старик упорно убеждал: «Зови меня, дочка, попросту — дед Макар. Мы, Верочка, люди простые и к отчествам не привыкшие». Она не поняла, откуда он узнал ее имя. Но это было лишь первое и самое маленькое удивление в разговоре со стариком. Вскоре Верочке стало казаться, что он знает все. О ней, о других людях, о стране. — Глаза у тебя, дочка, очень печальные. Уныние в них глубокое, кручина. Или жених тебя недавно бросил? — Я сама его бросила! А откуда вы про это знаете? — Чувствую… Вот ты неудивляешься, как старики про погоду точно говорят? Вернее, чем всякие ученые. Думаешь, что у них кости ноют и оттого они дождь чуют? Вот и не так. Я погоду чую не костями, не телом, а мозгами. Что-то в голове само выстраивается, и приходит нужная мысль… Да не в погоде дело. Я вот про тебя все знаю. Пустым человеком был твой жених. И не жених он вовсе. Ты сама про него так думала, а он даже о любви ни разу не сказал. Ведь так? — Все так, дед Макар! — Он тебя использовал так, для телесного удовольствия. Но ты об этом не жалей. Ты теперь битая, и цена твоя, как у двух небитых… Скоро встретишь ты дельного человека. Настоящего, без фальши. Сначала его детей приласкаешь, а потом и своих от него заведешь. — А почему у него дети? У него жена была? А зовут его как? — Ишь ты, шустрая какая! Имя ей подавай. Хорошо, хоть адрес не спросила… Я же не депутат какой, чтоб сочинять. Чего не знаю, о том не говорю. Я уж что говорю, то точно будет… Дед Макар случайно сказал о депутатах. Ни одного из них он в глаза не видел. Да и слышал о них по своему старенькому приемнику не часто. Там все больше музыку передавали. Дерганую и с глупыми словами… Но он этих людей чувствовал. Как и всех других. Как и всю Россию, страну, где все не через то место делается. Неуемный мы народ. Все хотим сотворить нечто особенное и на полную катушку. Уж если врагов ищем, то полстраны в Сибирь загоним. Если воруем, то от души. Но когда любим или дружим, то уж в полном ослеплении. И последние штаны готовы отдать, и последний огурец разрезать… Нет, другим нас не понять. И как, если мы сами себя понять не можем. Говорим, что русские долго запрягают. Правильно! Но это если на работу ехать. А если к бабам или за водкой? Вот и разберись тут… Устав от мыслей за всю державу, дед Макар взглянул на притихшую Веру. — Ты поспеши, дочка, к своей избе. Гости к тебе должны приехать. — Это он? — Кто? — Ну, тот, о котором вы говорили. С детьми и без жены. |