Онлайн книга «Искатель, 2007 № 02»
|
Еще Надежда рассказывала об обстановке в том доме, о частых отлучках Виктора с Федором. Она, конечно, говорила не только об этом. Большей частью ему приходилось слушать всякие глупости о ее долгожданном счастье, о том, что он ее первыйи единственный, о том, что она будет любить его до самой смерти… В последнем она была права. Назавтра Виктор с Федором опять собирались уехать, и поэтому Арсений прикатил в Балашиху на «Газели». Все, наступал час икс! Завтра он совершит новую акцию. Детективы Арсений читал и понимал значение таких слов, как вербовка, подписка о неразглашении. Вот это все он решил оставить до завтра. Утро вечера мудренее! До сих пор Надежда помогала ему как любовница. А завтра станет секретным сотрудником ФСБ. Сексотом! Или агентом, что тоже красиво… Надежда уже заканчивала готовить завтрак, когда он позвал ее… Арсений сидел за столом, на котором не было ничего, кроме листа бумаги и авторучки. — Садись, Надежда, и внимательно прочти это удостоверение. — Хорошо… Ой, ты что, Сеня, подполковник? Тебе так форма идет. Ужас как интересно. — Не только интересно, но и важно… Понимаешь, Надя, в том доме, где ты подрабатываешь, живут нехорошие люди. И сегодня мы с тобой их ликвидируем. — Как? — Я дам тебе два порошка. Когда те двое уедут, ты приготовишь чай. Только не перепутай: первый порошок для охранника, а второй для ученого. Как они выпьют — звони мне и открывай ворота. Все! Просто до неприличности. — А ты меня после этого не бросишь? — Наоборот, Надя! Наши отношения станут только крепче. — А те двое не умрут? — Ни в коем случае. Особенно Ромашкин. Он мне живой нужен. Выпьет чайку и заснет сном младенца. — Тогда я согласна. — Вот и хорошо, Надежда. Пиши расписку. — О чем? — О неразглашении. С этого момента ты будешь тайным агентом ФСБ… Пиши так: Я, Малькова Надежда, обязуюсь… Утром, отправив детей в школу, они поехали на кладбище. Только тут Верочка поняла, что Сытин необыкновенно держался последние двенадцать часов. С того самого момента, как она сообщила ему правду, он не впал в транс или в истерику. И при ней, и при детях Алексей был суров, но спокоен. И только здесь, оставшись у могилы в одиночестве, он сгорбился, задрожал. Возвращались молча. Кладбище и так не располагает к светским беседам, а тут еще Сытин старался успокоиться и не демонстрировать свой дрожащий голос. И не смотрел он на Верочку по той же причине — пытался просушить покрасневшие глаза. Уже за оградой, подойдя к своей машине, он приободрился. — Верочка, вы вчера предлагали свою помощь. Не раздумали? Не так все это просто. — Я на все согласна… Милиция нам убийцу не найдет. А одному вам не справиться. — Пожалуй… Только не подумайте, Вера, что я отомстить хочу. Нужна правда и справедливость. Иначе душа будет не на месте. Они ехали в Центр, и по решительным действиям Сытина было видно, что он настроен на борьбу. Вот только ни одной версии у него не рождалось. Легко разматывать клубок, когда ухватился за нить! А тут ни одного кончика не торчит. Ухватиться не за что… — Нам надо, Верочка, придумать версии и разложить их по полочкам. Яслышал, что сыщики всегда с этого начинают. — Согласна! — В личной жизни мы ничего не накопаем. Злых любовниц у меня не было… — А добрых? — Никаких не было… У Ольги ничего и быть не могло. Она была кристально чистая женщина. |