Книга Посмотри в ее глаза, страница 110 – Людмила Мартова

Видимо, кто-то из алкашей, бравших утром штурмом магазин, сумел все-таки достичь поставленной цели и нажраться до бесчувствия. И это еще даже обеда нет. Он наклонился и брезгливо потрепал лежащего по плечу. Сработал, скорее, инстинкт, чем предчувствие. Перед тем как оставить валяющегося на земле человека без помощи, нужно убедиться, что у него все в порядке.

От толчка тело перевернулось на спину, и Тимофей невольно отпрянул. Перед ним, устремив в небо мертвые глаза, лежал не неизвестный алкаш, а Костик, Константин Павлович Левшин, и из груди у него торчала рукоятка ножа. Это был нож хорошо известной Тимофею японской компании KAI.

У него у самого дома были именно такие ножи, которые Тимофей, любящий готовить, не променял бы ни на какие другие. Стоили они недешево, но вложения отрабатывали до последней копейки. Его ножи совершенно точно ждали своего хозяина в Питере, но в Излуках Тимофей видел точно такие же, на что, разумеется, не мог не обратить внимания при посещении дома. И это был дом Гордеевых.

* * *

Катя прослонялась по саду без дела до самого обеда. Она сунулась было предложить помощь в его приготовлении домработнице Галине Сергеевне, появившейся в доме в районе десяти утра с полными сумками продуктов, но та твердо и решительно отправила Катю отдыхать, заверив, что в помощниках совершенно не нуждается.

Пакеты с едой она привезла на такси, и Катя догадалась, что это из-за отсутствия Андрея, помощника и водителя, которого Даня отпустил из-за обстановки повышенной секретности. Ей тут же стало неудобно, и она сердито одернула себя. Нельзя жить с постоянным чувством вины. Если Елена Беседина решила, что Катя может пожить у Дани Еропкина, а тот гостеприимно ее приютил и предпринял в связи с этим какие-то меры, значит, она должна испытывать благодарность, а не вину. Это ведь не одно и то же.

Благодарность – это позитивное чувство, признательность за помощь, поддержку и доброту, которые в Излуках Катя ощущала на каждом шагу. А вина – эмоциональная реакция на собственный неправильный поступок, а ничего плохого Катя не совершала.

В отсутствие водителя Галина Сергеевна не тащила сумки на себе от остановки автобуса, а воспользовалась такси, а Даня Еропкин вполне может себе позволить его оплатить. И, в конце концов, это его выбор, его решение, а он достаточно взрослый и самостоятельный человек, чтобы нести за него ответственность.

В этом месте своих размышлений Катя вздохнула, потому что передвигающийся на инвалидной коляске Даня гораздо взрослее и самостоятельнее ее. Как бы то ни было, от приготовления обеда ее отстранили, так что Катя бездумно качалась в гамаке под яблоней, читая захваченную из дома Гордеевых книжку. Привезенный из дома детектив она закончила, поэтому с разрешения Жени взяла новый, еще не читанный ею роман своей любимой писательницы Глафиры Северцевой.

Как всегда у Глафиры, книга была написана прекрасным литературным русским языком, именно таким, какой Катя любила и ценила, обладала захватывающей сюжетной линией и героями, которым хотелось сочувствовать. У Глафиры Северцевой был легкий стиль, не перегружающий читателя деталями. В целом она написала семейную сагу, а этот жанр Катя с детства любила. На страницах разворачивалась целая эпоха, и она просто не могла оторваться, двигаясь по жизни вместе с героями и отчаянно им сопереживая.