Книга Посмотри в ее глаза, страница 21 – Людмила Мартова

– И что, эта вода до сих пор опасна? – Катя вновь посмотрела на озеро с тревогой и сделала еще шажок назад.

– Для того чтобы это определить, я и беру пробы.

– Вы из Роспотребнадзора? Тогда скажите, почему на берегу нет никаких объявлений, которые бы предупреждали, что купание может привести к проблемам со здоровьем? И прокат сапов никто не закрыл.

– Я – волонтер. Из отряда «Экологический патруль». Слышали о таком?

– Я же вам сказала, что не местная, – напомнила Катя.

– Так и я не местный. Приехал из Питера, как и вы. Наш отряд работает по всему северо-западу, эта катастрофа нас заинтересовала, и мы приехали сюда по приглашению наших местных друзей, чтобы понять, что тут происходит.

– А почему вы? Разве местные власти не проводят разбирательство по поводу случившегося?

– Местные власти хранят гордое молчание, как будто ничего особенного не произошло. – Молодой человек усмехнулся. – Рыбу дохлую собрали с поверхности воды, вот и вся их деятельность. Больше месяца прошло, а официальные ведомства по охране природы не предоставили ни одного комментария. Даже неизвестно, брали они пробы воды или нет.

– Но вы сказали, что у рыбаков была какая-то странная болезнь. Графская, кажется. Раз диагноз поставили, значит, и причина известна.

Молодой человек покосился на Катю.

– Гаффская болезнь, – поправил он ее. – Или еще юксовская. По наименованию мест, где она была описана впервые. Это токсикоз алиментарной природы, который возникает, если поесть рыбы, временно приобретшей токсические свойства. Острое пищевое отравление, проще говоря. Люди, которые травятся, начинают испытывать сильнейшие боли в мышцах, диарею, тошноту, рвоту, повышение температуры и давления. А что касается причин, то они точно так и не установлены. Возможно, рыба заражается от воды, пораженной алкалоидами спорыньи, загаженной промышленными стоками или бурно разросшимся речным хвощом. Это лечится, конечно. Врачи проводят детоксикацию организма, но все-таки хотелось бы избежать подобной неприятной болячки.

– И что же, кроме волонтеров, никому нет до этого дела?

– Получается, что так. Вас, кстати, как зовут?

Почему ее имя было «кстати», Катя не поняла, но на всякий случай назвалась, поскольку именно так поступают при знакомстве вежливые люди.

– Очень приятно. А я – Тимофей Бортников. Руководитель «Экологического патруля».

– Это ваша работа?

– Нет, в повседневной жизни я занимаюсь бизнесом. У меня в Ленинградской области завод по производству полипропиленовых труб. А экологическое волонтерство – это для души. Мне, знаете ли, не все равно, какую планету я оставлю своим детям.

– У вас много детей?

Это спросила Кристина, которой, видимо, надоело, что на нее не обращают никакого внимания.

– Пока ни одного. Но это не навсегда, – спокойно пояснил мужчина.

– То есть ваша жена ждет ребенка? – неугомонная девица не успокаивалась.

– Я не женат, юная леди.

– Меня зовут Кристина, – сообщила та. – Хотя меня об этом никто не спрашивал.

– Извините, весьма невежливо с моей стороны. Значит, Катя и Кристина. Вы сестры?

– Катя – троюродная сестра моего отчима.

– Сложно, – Тимофей рассмеялся. – Но я обязательно разберусь в хитросплетениях вашей семьи. Надеюсь, вы сюда пришли не купаться?

– Нет, я просто показываю Кате окрестности. Тут красиво. – Инициатива разговора, похоже, перешла к Кристине насовсем. – Я очень хотела покататься, но мама запрещает.