Книга Диверсанты, страница 41 – Валерий Ковалев

– Имеется вопрос, – поднял вверх руку Гвоздилин.

– Слушаю.

– Я понял так, что в плен никого не брать? Всех кончать на месте.

– Верно поняли, боец, – ответил лейтенант. – И чем больше, тем лучше.

Затем группа, выстроившись в цепочку, погрузились в бомбардировщик, его развернули тягачом и тот подтащил машину к взлетной полосе. Взревели моторы, и ТБ-3 медленно, прижимаясь к земле, порулил на взлет. Создалось впечатление, что он никогда не оторвется от земли. Однако перед самой деревней машина все-таки оторвалась от взлетной полосы и стала набирать высоту.

За всю службу в бригаде, ребятам никогда не приходилось прыгать после бомбометания. Да и неуютно было сидеть рядом с авиабомбами. Тем более что на подлете к объекту противник открыл по самолету ураганный огонь из зенитных орудий с пулеметами. Облачка взрывов и трассирующие пули все ближе подбиралиськ машине, и взирать через бомболюк на все это зрелище было занятием не из приятных.

«Того и гляди попадут, суки», – подумал про себя Легостаев. Погибать вот так, просто, не хотелось, было желание как можно больше убить фашистов. Которые пришли на его родную землю, сея вокруг смерть и разрушения.

В один из моментов самолет ощутимо тряхнуло, и всех прожгла мысль, что в него угодил снаряд. Однако выглянувший из турели стрелок-радист успокоил «пассажиров», сообщив, что сброшены бомбы из-под плоскостей и сейчас пойдут с бомболюков.

Когда оттуда исчезла последняя, поступила команда – «пошел!».

По сигналу Иванченко, сгруппировавшись, прыгнул Усатов, затем политрук Диденко, а вслед за ними Легостаев с Сафроновым, Зорин и другие ребята. Пролетев в свободном падении метров триста, Усатов дернул кольцо основного парашюта и ощутил непривычно слабый динамический удар. Подняв голову, увидел перехлест купола стропой.

Земля стремительно приближалась, и навстречу летели трассы искрящихся в воздухе пуль.

Михаил быстро рванул кольцо запасного, его раскрытие практически совпало с приземлением и спасло бойца. Он оказался в высокой ржи, рядом с горящей мастерской, откуда слышалась все нарастающая стрельба. Освободившись от парашюта, побежал к приземлившемуся рядом десантнику, который запутался в стропах. Им оказался политрук. После освобождения Диденко «из плена», оба стремглав помчались к мастерской.

Правее, во ржи, внезапно вырос замаскированный танк, из башни которого гитлеровец из автомата вел огонь в ту же сторону. Короткой очередью Диденко расстрелял его, а Усатов поджег запал бутылки с бензином и метнул ее в танк. По счастью, попал прямо в люк, откуда сразу же полыхнуло ослепительное пламя, а еще через секунду из аварийного люка машины, истошно крича, выскочили трое немцев. Комбинезоны на них горели. Добили и этих.

Сзади послышалось запаленное дыхание – догнали Сафронов, Зорин, Книжников и Григорьев. Все вместе, перебросившись парой фраз, побежали к мастерской, а по пути зажгли еще три танка и несколько автомашин с боеприпасами. В мастерской уже орудовали– Бойко, Легостаев, Самохвалов и другие во главе с Иванченко. У правой, обвалившейся стены двора мастерской обнаружили еще шесть бронированных машин, те тоже закидали бутылками. Вскоре к этому добавилисьтри бензовоза и два грузовика с боеприпасами. Кругом ревело пламя, вверх поднимался мазутный дым, гремели взрывы и вопили перепуганные фашисты.