Книга Диверсанты, страница 97 – Валерий Ковалев

– Есть одна идея. Немцы ежегодно отмечают день рождения Гитлера. Хорошо бы организовать для них в этот день что-то «веселое», такое, дабы этот день запомнился «камрадам» на всю жизнь.

Присутствующие задумались… Вдруг «дядя Вася» оживился и заявил:

– Фрицы в этот день поднимают на высоком шесте большой красный флаг с черной свастикой. Надо вместо него повесить черный – с белым черепом и костями. А все вокруг тщательно заминировать. По штабам же нанести массированный артиллерийский удар.

С этим предложением Щербина согласился и поручил отработать все детали операции, согласовав ее со штабом дивизии.

На третьи сутки операция была успешно проведена. По данным пленных, от артналета погибли около сорока гитлеровцев и в их числе командир полка. А при попытке снятия черного флага подорвались на минах и были уничтожены нашими снайперами еще около десятка фашистов.

В районе расположения штаба полка стоял подбитый немецкий «Тигр». Эти новые германские танки не так давнопоявились на фронте и представляли собой грозную силу: лобовая 100-миллиметровая броня, двигатель мощностью 650 лошадиных сил, полуавтоматическая зенитная пушка калибра 88 миллиметров, пробивавшая броню советских танков с расстояния одного километра. Замполит полка Гаврилов, вместе с комсоргом Каневским, решили организовать по «Тигру» тренировочную стрельбу из ПТР. Белой краской обозначили наиболее уязвимые места. К началу занятий в полк прибыл Щербина. Он одобрил инициативу и сам пожелал принять в ней участие. По жеребьевке первым стрелял комсорг роты Вася Кутынкин. От первого же выстрела танк взорвался, пустив черный шлейф густого дыма. Немцы тут же открыли по нему ураганный огонь.

«Гах, гах, гах!» – кучно рвались в районе штаба осколочные снаряды.

– В укрытие! – закричал кто-то из офицеров.

Не помогло. Погибли несколько человек, в том числе командир батальона Ланкин и комсорг полка Каневский.

Усатов в это время находился на совещании в политотделе армии и о происшествии узнал там же от помощника начальника политотдела. На попутных машинах добрался до полка и попал под горячую руку Щербины. Тот сразу же обрушился на политрука с упреками:

– Чем вы думали, организовывая эти соревнования?

– Наверное, головой, – ответил тот, – ведь мы стреляли по броневым щитам, а вы организовали ее по танку, в котором находился боезапас с топливом. Следовало его осмотреть перед стрельбами. Я об этой инициативе не знал, хотя и не снимаю с себя ответственности.

Щербина не ожидал столь резкого отпора от своего помощника и пробурчал:

– Ну ладно, мы с тобой разберемся. А сейчас надо срочно затушить пожар в танке и похоронить погибших.

Его указание тут же выполнили, поскольку видели, что комиссар очень переживал случившееся. Успокаивать не стали – в таких случаях Щербина под горячую руку мог и «врезать» чем попало.

Не разговаривал он с Михаилом трое суток. А затем «отошел» и в присутствии других работников политотдела взял всю вину на себя. Усатова же попросил продолжить соревнования по стрельбе из ПТР, которые, как он выразился, очень важны для предстоящих боев.

Наряду с этими в дивизии организовали соревнования по стрельбе в цель из винтовок, автоматов, пистолетов, а также метанию боевых гранат. Многие бойцы с командирами приобрели опыт использованияновых видов оружия.