Книга Тайна мыса Пицунда, страница 97 – Николай Свечин

В такой горячей обстановке Эверт вместо одной армии получил другую – 4-ю. Она уже понесла большие потери в районе Квасника и отступала. Командарм генерал Зальца был отстранен, как не справившийся, и армию возглавил новый человек. Без штаба, без изучения обстановки, останавливая пятившиеся дивизии, вчерашний иркутянин проявил себя с сильной стороны. Он с ходу принял командование и в ходе тяжелых оборонительных боев сумел остановить противника. А затем, получив подкрепление, перешел в контрнаступление и разгромил его.

Так же храбро и умело Эверт воевал и дальше – когда надо было держаться ни шагу назад. Он отстоял крепость Ивангород, важный узел на Висле. Сохранил на ее левом берегу Козеницкий плацдарм, необходимый для последующих атак. Разомкнул лодзинские «клещи», не дав австрийцам окружить Лодзь. В награду за эти успехи гений обороны стал в августе 1916 года главнокомандующим армиями Западного фронта после разукрупнения (для удобства управления Северо-Западный фронт был разделен на Северный и Западный). Говорили, что он мог бы стать даже наштаверхом, если бы не немецкая фамилия (почему государь и выбрал себе в ближайшие помощники Алексеева).

Однако, став командующим одним из трех главных фронтов, Эверт сдал. Царь и Алексеев толкали его вперед, на Берлин. Армии Западного фронта были самыми многочисленными. Однако главкозап упорно не желал активных действий, предпочитая им полную пассивность. И никто не сумел сдвинуть его с места. Сначала Эверт провалил Нарочскую операцию, затем Барановичскую. И там и там русские армии понесли огромные потери, не добившись никаких результатов. Но Царская Ставка не унималась. Николай Второй тоже чувствовал, что если он как Главковерх не победит Четверной союз в обозримом будущем, то может лишиться трона. Поэтому Эверт получил приказ начать очередное наступление в общем направлении на сердце Германии. Он всячески саботировал исполнение распоряжения Ставки. В частности, когда все для перехода в наступление было готово, он зачем-то перенес место нанесения главного удара. Уже оборудовали позиции тяжелой артиллерии, войска изучили местность, цели на позициях противника были выявлены и пристрелены. Заложены площадки под боеприпасы. Созданы плацдармы для развертывания атакующих полков. И вдруг – лыко и мочало, начинай сначала… Северный сосед Эверта и его давний шеф Куропаткин тоже тянул резину. Из трех главкомов два предпочитали тихо сидеть в окопах и не рыпаться.

Закончив с очередным генералом, Таубе перешел к последнему, к Брусилову. Алексей Алексеевич тоже воевал с турками, но на Кавказе. Участвовал в штурме Ардагана и Карса, получил три ордена с мечами и бантом. Далее следовало бы для карьерного скачка окончить академию Генштаба, но молодой ротмистр выбрал другой путь: он поступил в Офицерскую кавалерийскую школу. И застрял там на 23 года, дойдя до должности ее начальника. Школа повышала знания кавалеристов и учила их не только крепко сидеть в седле, но и принимать смелые решения в будущих боях. Брусилов пользовался особым покровительством великого князя Николая Николаевича. Однако выпускники ненавидели своего начальника и прозвали его Берейтором. А его школу – Лошадиной академией.

Алексей Алексеевич уже тогда прославился как интриган. Русско-японская война его миновала. В 1908 году он получил в командование 14-й армейский корпус, стоявший в городе Люблин Варшавского военного округа. И быстро поднял свои дивизии на высокий уровень боевой подготовки. Умный, способный на волевое решение, Брусилов постоянно занимался самообразованием, восполняя то, что другие получили в академии. Когда началась война, все это ему пригодилось.